Сахар на обветренных губах (СИ)

— Хочу поговорить с тобой насчёт Кати. Она спит?

Я заглянула за мамино плечо и увидела, как Катя аккуратно выглянула из своей комнаты и обрадовалась, увидев меня.

— Привет! — пискнула она робко.

— Рот закрыла и в комнате спряталась, чтобы я тебя не видела! — рявкнула на неё мама тут же, из-за чего Катя сразу исчезла за дверью.

Я перевела озлобленный взгляд на мать. Очень сложно не переходить черту и не злиться, когда очень хочется взять это существо в сальном халате за волосы и сбросить с лестницы.

— И долго ты так над ней издеваться будешь?

— А ты пришла поучить меня, как детей воспитывать? — хмыкнула мама. Чем больше слов вылетало из её частично беззубого рта, тем сильнее меня окутывало запахом перегара и сигарет. — Своих сначала роди, а потом я посмотрю, как ты запоёшь.

— Ты не выпускаешь её из комнаты неделю. Плохо кормишь и даже не разговариваешь с ней…

— Ну, посади теперь меня! — выплюнула мама с усмешкой. — Ты же умеешь. Ты же у нас специалист, — закончила она едко.

— Я хочу, чтобы отдала Катю мне. Пусть поживёт у меня, пока ты не придёшь в себя.

— А больше ты ничего не хочешь?

— Ты издеваешься над своей дочерью, — цедила я, уже теряя самообладание.

— Хочу и с окна её сброшу. Это моя дочь, ясно тебе? А ты вали, откуда пришла, — она потянулась к ручке, чтобы закрыть дверь, но вклинилась плечом, не давая ей это сделать.

— Я не уйду, пока мы не поговорим. Отпусти Катю пожить у меня. По-хорошему, мам. Я не хочу этот вопрос решать через суд.

— А я смотрю, тебе понравилось, — ехидно оскалилась мама. — Уже придумала, за что меня-то судить будешь?

— А ты хочешь сказать, что не за что? — я вошла в квартиру, потеснив мать. — Ты с детства над ней издеваешься. Пинаешь, бьёшь, толкаешь… Ты хоть раз с ней нормально говорила? Как мама с дочерью? Ты её, вообще, любишь? Она нужна тебе настолько, чтобы ты до последнего стала отстаивать свои права на неё в суде? Ты реально хочешь, чтобы я начала процесс лишения тебя родительских прав?"

"— Как вы меня заебали! — процедила мама сквозь стиснутые зубы. Её лицо серое лицо исказилось неподдельной яростью. Она подняла руки к лицу и сжала в кулаки сухие пальцы с грязными ногтями. — Всю жизнь вы мне испортили. Сначала одной что-то надо, жопу подтирай, корми. Потом вторая такая же, но ещё и тупая… — она резко пошла к Катиной комнате, открыла дверь. Катя резко встала с кровати и вжалась в угол за ней увидев, с какой яростью на неё наступает мать. Сестрёнка начала рефлекторно щуриться, втягивать голову в плечи и пытаться прикрыться руками. Но матери было плевать на её страх. Она, как какую-то вещь, взяла Катю за волосы и с силой швырнула в центр комнаты. — Забирай! — крикнула мама, брызжа слюной.