Сага о Копье: Омнибус. Том I

Стены башни были испещрены узкими, похожими на щели окнами и инкрустированы всевозможными драгоценными камнями. В их гранях преломлялся свет луны, радужные лучи заливали стены и пол зала, окрашивая его в мириады оттенков. Но сейчас Ситэлу не было дела до этого великолепия. Усевшись на трон, который он занимал уже два столетия, Пророк положил руки на изумрудные подлокотники, и холод камня проник в его тело, облегчив сердце, отягощенное нелегким бременем.

В огромном дверном проеме главного входа возник чей-то силуэт.

— Войди, — произнес Пророк.

Он говорил почти шепотом, но благодаря совершенной акустике зала каждое слово сидящего на троне было слышно посетителю.

Фигура приблизилась. Вошедший остановился у подножия лестницы, ведущей к пьедесталу, на котором стоял трон, и поставил на мраморный пол небольшую жаровню, затем низко склонился со словами:

— Ты призывал меня, Великий Пророк.

У посетителя был высокий голос, в нем слышался северный говор.

— Ведведсика, служитель Гилеана, — ответил Ситэл, — поднимись.

Ведведсика выпрямился. В отличие от жрецов Сильваноста, носивших мантии и ленты цвета их божественного покровителя, Ведведсика был одет в однотонный серый плащ, перехваченный поясом. У его бога не было храма в городе, потому что боги Равновесия официально не одобрялись жрецами, служившими богам Добра.

Ведведсика произнес:

— Могу ли я поздравить тебя, Высочайший, с рождением сыновей?

Ситэл холодно кивнул.

— Это из-за них я призвал тебя сюда, — ответил он. — Твой бог дозволяет тебе предвидеть будущее?

— Мой господин Гилеан владеет Тобрилом, Книгой Истины. Время от времени он дарует мне милость, позволяя бросить взгляд на ее страницы.

По выражению лица жреца можно было догадаться, что событие это не относилось к разряду приятных.

— Я дам тебе сотню золотых слитков, — пообещал Пророк. — Обратись к своему богу и предскажи мне судьбу моих сыновей.

Ведведсика опять склонился до земли. Пошарив в объемистых карманах плаща, он извлек два сухих листка, все еще зеленых и блестящих, но твердых и хрупких. Сняв коническую крышку с жаровни, жрец протянул руку над раскаленными, тускло светящимися углями, держа листья за стебельки."

"— Гилеан, Книга Истины! Серый Странник! Мудрец, познавший Истину, Ворота Душ! В этом огне открой мои глаза и дозволь мне прочесть строки книги всех истин! — Голос жреца зазвучал сильнее, отдаваясь эхом в пустом зале. — Открой Тобрил! Отыщи для Пророка Ситэла судьбы его двух сыновей, рожденных сегодня!

Ведведсика положил сухие листья на угли, и те моментально вспыхнули, вверх с громким треском взметнулось пламя. Над жаровней кольцами поднимался густой серый дым, становившийся все плотнее. Сжавшись, Ситэл пристально вглядывался в извивающийся столб.