Саботаж

— Они все так старались для тебя, принцесса. Я должен был показать им, что они никогда больше тебя не получат.

Отступив назад, Колт убирает лезвие от моих ног, и я испускаю прерывистый вздох. Поднеся к губам нож, он облизывает плоский край лезвия, который только что прижимался к моей киске, и я чувствую, что у меня сейчас подкосятся ноги.

— Вот, — протягивает мне его Колт. — Сделай меня своим.

Я никогда не хотела большего. Не с ним. Я его ненавижу.

Но так ли это? Можно ли испытывать физическое влечение к человеку, которого ненавидишь? Почему я позволяю ему ставить меня в положение, при котором он точно будет меня унижать? Почему я добровольно к нему переехала? Почему я позволяю ему контролировать мою жизнь?

Это не может быть любовью. Это просто удобство. Я его использовала. А не наоборот. Я постоянно твердила себе, что женщина может относиться к мужчине так же, как он относится к женщине. Он был моей игрушкой. И когда я с ним закончу, я уйду.

— Нет, — с дрожащих губ срывается одно единственное слово, показывая мою неуверенность в своем ответе.

Я дрожу, чувствуя, как меня захлестывает ярость, а Колт поднимает руку и нежно убирает мне за ухо несколько выбившихся волос. Подойдя еще ближе, он наклоняет голову в сторону.

— Я же говорил тебе, что это видео — ничто по сравнению с тем, что я сделаю с тобой за то, что ты подожгла мою машину.

Блядь, может, так и есть. Я не знаю, что, сука, происходит. Слишком много пробито граней, и теперь ничто не имеет смысла.

Например, сейчас, Рэйли стоит передо мной, тихо плачет, а я думаю только о том, как повалить ее на пол и приставить к горлу нож, и трахать ее влажную пизду, пока она умоляет о пощаде. Что угодно, что даст мне возможность снова контролировать ситуацию, потому что я ее потерял.

Какую бы власть я над ней ни имел, она исчезла. Прошлым вечером я зашел слишком далеко. Или, может, это Рэйли зашла слишком далеко, позволив мне поступать по-своему.

Я отступаю назад, складываю перочинный нож и указываю на свою дверь.

— Убирайся на хер из моей комнаты.

Ей не нужно повторять. Распахнув дверь, Рэй выбегает, и я с грохотом захлопываю ее за ней.

— Блядь! — я бросаю нож в другой конец комнаты.

Рэйли меня отвергла. Она отдала пять недель своей жизни Нейту, но мне не хочет дать даже гребаного шанса?

Вчера вечером я привез ее домой, вымыл и уложил в свою кровать. Конечно, большую часть времени она то приходила в сознание, то теряла его. Но я заботился о ней. Это было самое нежное, что я когда-либо с ней делал, и она даже этого не помнит. Рэйли прижималась ко мне. Я был ей необходим. Это заставило меня почувствовать себя мужчиной. Защитником. Я всегда использовал ее, но теперь все было по-другому. Наконец-то я был ей нужен не для траха. Или я так думал. Я явно ошибался.