Саботаж

— Посмотри на меня, — приказываю я.

Ее тяжелые глаза открываются, ресницы мокрые и слипшиеся, помада размазана, макияж полностью испорчен.

— Великолепно, — хвалю я ее.

Рэйли смотрит своими красивыми кристально-голубыми глазами на зажатую у меня в руке бутылку и облизывает влажные губы.

Она кивает, ерзая на коленях.

Я поднимаю бутылку, наливаю немного в рот и задерживаю, вместо того чтобы проглотить. Опустив голову, чтобы посмотреть на нее сверху вниз, я выплевываю вино ей на лицо. Закрыв глаза, Рэйли вздрагивает.

— Слижи, — приказываю я, Рэйли высовывает язык и, как может, пробегает им по губам и подбородку.

Дернув Рэйли за волосы, я заставляю ее вскрикнуть. Я хватаю Рэйли за подбородок, прижимаюсь губами к ее губам, просовываю язык ей в рот, пробуя вино на вкус. Я никогда не хотел так напиться, как в эту секунду. Я хочу утопить в нем нас обоих.

Я даже не пытаюсь думать о том, как менее, чем за двенадцать часов, дважды оказалась в таком положении. И о том, что должна сейчас хотеть снести ему голову, а не позволять ему меня трахнуть.

Колт знает, чего хочет мое тело, и я не собираюсь отказывать себе в удовольствии. Если это единственный раз, когда мы не переубиваем друг друга, значит, так тому и быть.

Он отстраняется от моих губ, и я задыхаюсь. У меня жжёт глаза, вино попало мне в нос, на волосы, а платье насквозь промокло. Я приняла винную ванну.

Мое тело дрожит, а киска пульсирует.

Он стягивает через голову футболку и бросает ее в сторону. Я тянусь вверх и провожу ногтями по его обнаженной груди. Рельефные мышцы напрягаются от боли, и он с шипением вдыхает. Я улыбаюсь, довольная оставленными на нем красными отметинами. Затем он вытаскивает из джинсов ремень и приказывает:

— Ложись на кровать.

Я быстро снимаю платье, трусики и лифчик, а затем перебираюсь на край кровати и ложусь поперек нее. Опираясь пятками о край, я раздвигаю для него ноги. Он шлепает меня по внутренней стороне бедра, заставляя вскрикнуть, и я сжимаю свои дрожащие ноги.

Колт берет мои руки и заводит их за ноги, закрепив запястья ремнем и удерживая их за коленями. Мои руки стянуты, и я раскачиваюсь взад-вперед, пытаясь ослабить напряжение, но это бесполезно.

Затем я чувствую, как он отстраняется. Я поднимаю голову, чтобы увидеть, что он задумал, но мои ноги заслоняют мне вид.

Я начинаю паниковать. Он ведь не оставил бы меня здесь вот так, да? Конечно, оставил бы; он делал вещи и похуже. Я снова откидываю голову на кровать, у меня болит шея.

— Колт? — кричу я, не получив ответа, и тут же вздрагиваю, почувствовав, что что-то прохладное льется на мою киску. Я понимаю, что это из бутылки вина. Черт, да будь я проклята, но мне светит инфекция мочевыводящих путей.

Он хватает меня за бедра и подтягивает к краю кровати.