Саботаж

— Я достаточно взрослая, чтобы пить, мама, — перебивает она свою маму, которая только поджимает губы и решает с ней не спорить.

Тиффани от природы красива. У нее темные волосы и голубые глаза, как у дочери. Я знаю, что ей делают ботокс в лоб, но, кроме этого, у нее нет искусственных губ или сисек, как у женщин, с которыми встречался мой отец до нее. Когда он привел ее домой, я был удивлен. Она не ездила на Бентли и не была увешана драгоценностями. Моему отцу всегда нравились яркие женщины, которые выставляли напоказ свои деньги. У Тиффани их не было. Но я никогда не считал ее золотоискательницей. Я не был одним из тех детей, что думают, будто она придет в мою семью и заберет то, что принадлежит мне. Нет, все было прекрасно, пока в мою жизнь не вошла Рэйли.

Мои чувства изменились, как только я встретил ее.

Я смотрю на сидящую рядом со мной Рэйли, и недоумеваю, как далеко все у нас зашло с того первого дня в этом доме. Я стал для нее диким ублюдком. Но и она не была такой милой, какой казалась в тот день. Нет, она отплатила мне тем же. Так началась моя одержимость ею.

Через час, когда прислуга уже расставляет перед нами десерты, Тиффани поворачивается к своей дочери.

— Рэйли, дорогая, ты что-то притихла. Все в порядке?

— Все хорошо, мам, — не поднимая глаз, отвечает она.

Я прячу улыбку за ободком бокала с мимозой, которой я решил дополнить свой стакан воды. Телефон Рэйли пикает, сигнализируя о сообщении, и она достает его из висящей на спинке стула сумочки.

Я наклоняюсь, чтобы попытаться его прочитать, но она блокирует экран.

— Ты уверена? Ты кажешься...

У ее матери зазвонил мобильный телефон. Она берет его со стола.

— Извините, но я ждала этого звонка, — Тиффани отыскивает взглядом моего отца, и он вытирает рот салфеткой. — Мы можем немного задержаться, — добавляет она.

— Извините нас, — объявляет отец, а затем встает и выходит вместе с ней из комнаты.

Я игнорирую это странное взаимодействие и сосредотачиваю свое внимание на Рэйли. Потянувшись под стол, я кладу руку на ее голое бедро.

Рэйли вздрагивает, поворачивает голову и смотрит на меня.

— Не прикасайся ко мне, — огрызается она, оттолкнув мою руку от своей теплой кожи.

Отпустив ее бедро, я хватаю Рэйли за запястье и выкручиваю, от чего ее красивые губы кривятся. Я тяну ее к себе, пока ее лицо не оказывается в нескольких сантиметрах от моего.

Я опускаю взгляд на ее красные губы, а затем встречаюсь с ее прищуренными глазами. Преодолев небольшое пространство, я наклоняюсь, желая ее поцеловать. Но она выплескивает мне в лицо то, что осталось от моей мимозы.

Отпустив ее, я сажусь на свое место, а Рэйли хватает свой бокал с вином и выбегает из столовой.

Усмехнувшись, я провожу рукой по мокрому лицу. Я замечаю стоящую посреди стола бутылку вина и беду ее.