Сабля, трубка, конь казацкий

Или из повседневных запасов, типа провизии. Поэтому далеко и не прячут. А кроме этого – ничего. Ни гвоздика, ни щепки, ни обрывка веревки. Чисто, словно только что генеральную уборку закончили.

Оружия, к слову, тоже не видно…

В том смысле, что отдельно не валяется. Каждый разбойник при себе держит, сложив под скамью. Так что не стоит и мечтать. Я никогда не считал себя хлюпиком, но эти парни открутят мне голову, как куренку, и даже не вспотеют. С Полупудом им не тягаться… если только Ворону… но тоже крепкие. А главное – вот они все, передо мной. А казак Василий…

– Табань! – заорал кормщик. – Парус долой! Шевелитесь, раскудрить вашу через коромысло! Телки титьку скорее находят! Разом! Или я вам весла в зад засуну, олухи царя небесного! Типун мне на язык!

Угроза подействовала, или гребцы тоже имели немалый опыт, но команду выполнили дружно, уверенно. Байдак на мгновение замер, словно примеряясь, а потом прыгнул вперед и… закачался в почти незаметной заводи. Рыбакам хорошо знакомы такие места. Метр-два дальше стремнина несется, как бешеная, а тут – возле берега, поплавок стоит будто привязанный. Пока рыба не тронет, даже не шелохнется.

Знал это место Типун или угадал, пользуясь опытом, но челн как прилип левым бортом к берегу, повернувшись носом против течения. А уже в следующую минуту двое разбойников спрыгнули в воду и потащили на берег причальные концы. С противоположного борта ухнули в реку здоровенную каменюку – встали на якорь.

– Слава Иисусу, – перекрестился кормчий.

Его слова могли бы показаться комичными, если б не оглушительный раскат грома, шарахнувший так, что уши заложило. А потом полыхнула молния…

Я не двоечник, знаю, что скорость света больше скорости звука, и мы должны наблюдать сперва вспышку и только потом грохот, но сейчас было именно так. Ну, или первую молнию я прозевал. Вот только они были такие мощные, яркие и разлапистые, что даже слепой бы узрел. Настоящий шторм… Одно отличие – ветер утих. Как будто и сам испугался такого разгула стихии. Замерло все вокруг, затихло… Аж жутко стало.

Минуты на две… А потом кто-то из небожителей перевернул лоханку. Ливень хлынул сплошной стеной. Даже не имело смысла прятаться. Вода была вокруг. В реке, казалось, даже теплее и суше. Во всяком случае, дождь не хлестал по спине водяными батогами. Так что все гребцы, и я вместе со всеми, попрыгали за борт и стояли по шею в воде, прикрывая голову руками.

– Зачем было к берегу грести, если все равно в воде сидим? – проворчал Пешта.

– Ничего, ничего… – Ворон насмешливо прищурил единственный глаз. – Не медовый, не растаешь. Зато умоешься.

– А если это на весь день?

– Не, хлопцы… Я на Днепре родился, вырос и, даст Бог, помру… Типун мне на язык, – подбодрил разбойников кормчий.