Сабина изгоняет демонов

– Батюшки мои! – воскликнуло содержимое. – Беги, лови зверюку! Она же вышибет мою дверь.

– Там ведь ее хозяин, – Сабина бросила на приятеля укоризненный взгляд. – Надо поскорее открыть!

Пока она отпирала замок, Вата гавкала и скакала на задних лапах, изо всех сил мешая процессу. Сама она наверняка думала, что помогает. Наконец дверь распахнулась, и на пороге возник высокий, плотный мужчина лет пятидесяти с бритой головой. Он был в шикарном костюме, на что собака Вата не обратила, разумеется, никакого внимания.

– Ваточка, собачушка моя дорогая! Девочка моя ненаглядная! – вскричал вошедший сильным глубоким голосом. И тут собака налетела на него грязно-белым ураганом.

– Смешались в кучу кони, люди! – продекламировал Трухин, который выбрался из своего кресла, чтобы понаблюдать за воссоединением собаки и ее хозяина. – Прямо кино про Лэсси. Ремейк.

После того как буря улеглась, хозяина пригласили в комнату. Он представился Владимиром Павловичем и набросился на Сабину с вопросами:

– Где вы ее нашли? Как? Почему же вы сразу не позвонили?

Сабина изложила известную ей версию событий, сообщив, что только сегодня Вата вытащила ошейник из кучи мусора и предъявила ей.

– Кстати, почему у нее такое странное имя? – не выдержав, поинтересовалась она. – Не Зоська, не Динка, не Альма какая-нибудь! Только потому, что она белого цвета?

– Нет, ну что вы! – засмеялся Владимир Павлович, оказавшийся при ближайшем рассмотрении невероятно колоритным типом. Крупные черты лица, выразительные глаза и пластичные руки свидетельствовали о том, что перед вами человек особого, артистического склада. – Вата – это ее домашнее прозвище. На самом деле ее зовут Травиата.

При этих словах Вата подскочила и лизнула хозяина в глаз.

– Стосковалась, моя красавица? – Владимир Павлович гладил собаку по голове и чесал за ушами.

– Травиата? – переспросила Сабина, начиная кое-что понимать.

– Видите ли, мы с женой имеем некоторое отношение к опере… Кстати, как вы выдержали Ваткин вой? Ведь она по вечерам выла, верно?

– А ларчик просто открывался, – пробормотал Трухин, попивая кофе из неизвестно какого по счету пластикового стаканчика.

– Да! – воскликнула Сабина, невероятно оживившись. – Ровно в семь вечера начинался такой концерт!

– Жена моя вот уже много лет в одно и то же время приступает к репетиции. Если у нас нет выступлений, в семь вечера – строго репетируем. Вата с самого младенчества стала нам подпевать. Смешно ужасно! Мы даже иногда друзей звали ее послушать. А потом, вообразите, по какой-то причине репетицию однажды перенесли. Тут-то и выяснилось, что Ваточка мириться с нарушением режима не собирается. У нее каждый вечер в семь часов собственная распевка! – И Владимир Павлович снова принялся ласкать свою любимицу.