Натюрморт с воронами

А чуть поодаль на траве лежал журнал, и его пожелтевшие страницы были испещрены необычными значками.

— Мне очень приятно, мисс Свенсон, что вы позаботились обо мне, — сказал Пендергаст. — Я скоро закончу.

— А что вы делаете?

— Читаю о местоположении духов и готовлю себя.

— К чему?

— Увидите потом.

Кори, сев на камень, внимательно следила за шефом. Кофе был холодный, крепкий и сладкий, как мороженое, то есть именно такой, какой она любила. А Пендергаст ходил вокруг кургана, что-то высматривал, иногда останавливался и глядел на землю, время от времени доставал свой блокнот и что-то записывал. Изредка он поднимал с земли карту и долго всматривался в неё, отмечая карандашом какие-то точки. Кори сразу догадалась, что эти карты очень старые, примерно девятнадцатого века.

Через сорок пять минут солнце, опускавшееся за горизонт, окрасило курганы и верхушки деревьев в золотисто-жёлтый цвет. Пендергаст по-прежнему обходил курганы с таинственным видом и совершал какие-то мистические движения. Кори наблюдала за ним, и ей очень хотелось бы помочь ему, поддержать в эту минуту, но она не знала, как это сделать. В последние годы не было ни одного человека, включая мать и школьных учителей, которого бы Кори уважала. Пендергаст заставил её поверить в себя, в свои силы, почувствовать свою значимость. Он наполнил её жизнь смыслом, и теперь Кори мечтала поразить его знаниями, хотела стать незаменимой или хотя бы полезной ему. Но она часто не понимала Пендергаста. Не понимала, к примеру, почему он тратит свой отпуск на расследование этих убийств, почему тратит на это свои деньги, каковы мотивы его действий и что этот человек потерял в таком захолустье. Иногда её посещали совсем глупые мысли. Так, Кори всё чаще задумывалась о том, не влюбилась ли в него. Правда, она гнала от себя эту мысль, считая это невозможным. Не может же она влюбиться в человека с такими тонкими пальцами, бледным лицом, белокурыми волосами и холодными серо-голубыми глазами, которые порой бывают такими проницательными, будто пронизывают тебя насквозь. К тому же Пендергаст стар: ему около сорока, не меньше.

Наконец-то он закончил свои мистические движения, закрыл блокнот, собрал карты и подошёл к ней.

— Думаю, я уже готов.

— Я бы тоже была готова, если бы знала, к чему надо готовиться, — грустно заметила Кори.

Пендергаст опустился на колено и начал складывать карты, диаграммы и другие бумаги.

— Вы когда-нибудь слышали о «дворце памяти»?

— Нет."

"— Это ментальное упражнение, позволяющее вернуться в самые древние времена, например, в эпоху древнегреческого поэта Симонида. Попросту говоря, это своеобразная тренировка памяти, в ходе которой человек погружается в воображаемую реальность, чтобы получить определённые знания и ощущения.