Натюрморт с воронами

— Вполне подходящее название, — отозвался Пендергаст. — А что происходит с кровью?

— Её сливают в большие цистерны, а потом куда-то увозят. А что происходит дальше, понятия не имею, — пояснил парень.

— Думаю, добавляют в корм для животных, — предположил Пендергаст. — Тут всё залито кровью.

Кори передёрнуло. Здесь всё было так же ужасно, как и на кукурузном поле, когда она увидела безжизненное тело Уилли Стотта.

— А куда потом поступают индейки?

— В ошпарочный цех.

— Ясно. А как вас зовут?

— Барт Бледсоу, сэр.

Пендергаст дружески похлопал его по плечу.

— Очень хорошо, мистер Бледсоу, ведите меня дальше.

Они миновали кровавый цех, прошли по длинному коридору и оказались в огромном мрачном помещении, напоминающем пещеру. Здесь конвейер делал поворот и доставлял тушки индеек к большой ёмкости, где их окунали в кипящую воду, а потом сдирали перья и вынимали потроха. В этом помещении было очень шумно, а запах стоял такой, что голова шла кругом. Кроме того, здесь было так жарко, что Кори сразу ощутила на руках и других открытых частях тела мелкие капельки конденсированной жидкости. Она впервые пожалела о том, что не осталась в машине.

— Что здесь происходит? — допытывался Пендергаст, вполне освоившись с ролью экскурсанта.

— В ошпарочном цехе птицу обдают горячим паром, потом окунают в кипящую воду и очищают от перьев.

Пендергаст посмотрел туда, где с конвейера свисали уже почти голые тушки индеек.

— А дальше куда их направляют?

— В потрошильный цех.

— Ну что ж, вполне логично.

Бледсоу, слегка замявшись, попросил:

— Подождите меня здесь, сэр. — И он тут же исчез.

Однако Пендергаст не стал ждать, а быстро зашагал вдоль конвейерной линии, позвав за собой Кори. В потрошильном цехе птиц очищали от остатков перьев, а потом ударом острого лезвия вспарывали живот и вакуумной установкой вынимали потроха. Затем птицы поступали в цех быстрой заморозки. Весь этот процесс был автоматизирован, и только в отдельных местах рабочие контролировали умные машины. Пендергаст увидел женщину, которая стояла у приборной доски и наблюдала за показаниями приборов.

— Позвольте прервать вас на минутку, — обратился он к ней.

Кори узнала в ней Дорис Уилсон, грузную женщину лет пятидесяти, с копной светлых волос некрупным красным лицом, одиноко проживавшую неподалёку от её дома.

— Вы из ФБР? — продемонстрировала она свою осведомлённость.

— А вы кто? — осведомился Пендергаст.

— Дорис Уилсон.

— Можно задать вам несколько вопросов, миссис Уилсон?

— Валяй.

— Вы хорошо знали Уилли Стотта?

— Да, он работал здесь уборщиком.

— Он справлялся с работой?

— Да, вполне, у него не было никаких замечаний.

— Кажется, он злоупотреблял спиртным.

— Да, но никогда не напивался до смерти и никогда не пил на работе.