С видом на Нескучный

По рассказам мамы, жили они у Валентины, тети Вали, бывшей Вериной свекрови.

Русские бабы способны на многое. Говорили, что они расписались. Еще говорили, что кто-то из бывших дружков им помогает. То ли деньгами, то ли продуктами. В общем, не бросили.

И снова бесконечное унижение. Подачки от предавших, нищета, пьющая мать, убогая квартирка в старом довоенном деревянном доме. И серая мышка жена. Зато сиделка, нянечка, санитарка, уборщица и повариха. Считай, повезло.

«Ладно, какое мне дело! – Отгоняя воспоминания, Вера быстро двинулась к выходу. – Понесло же на другую аллею, мамуль, спасибо за совет!»

По дороге думала: «Эх, Герка! Ты даже не заслужил быть похороненным на аллее братвы! А все смеялся: “Поставишь, Верка, мне монумент? Не схалтурь, любимая! Сделай как надо, как положено, черный гранит, портрет в полный рост, пачка “Мальборо” в руках, на шее цепуха! Чтоб стоял я, такой красивый, а ты, родная, приходила б и плакала. Молодая, красивая, в черном платке. Сидишь и рыдаешь. А за воротами ждет тебя новая немецкая машина, а в ней новый красивый муж. Ты сядешь, любимая, сорвешь вдовий плат и улыбнешься! Жизнь прекрасна! Да, Верка? Так все и будет?”».

Веселый он был, ее Герка. Веселый и остроумный. Но не всегда.

Сев в машину, она коротко бросила Максу:

– В гостиницу.

«И за что мне эти испытания, за что? Разве мне было мало?»

Риелторши объявились после обеда. Да, есть покупатель. Но… не очень надежный.

– В каком смысле? – раздраженно спросила Вера. – Мне наплевать на его надежность. Мне нужно побыстрее, я вам сто раз объясняла! Надежный или ненадежный, нравится он вам, не нравится, мне плевать! Берите задаток и назначайте время сделки. А все остальное меня не волнует! Вы меня услышали?

Девица жалобно бормотала, что да, им все понятно, но все же…

– Вера Павловна! А может, все-таки подождем? Вдруг кто-то объявится? Кто-то приличный, а не этот уголовник кавказского происхождения!

– Его прошлое меня не волнует, – отрезала Вера, – а уж происхождение тем более! Все, берите задаток. – И нажала отбой.

Боковым зрением увидела брошенный на нее тоскливый взгляд Макса. Тоскливый взгляд сопровождался тяжелым вздохом. Видно, денег не нашел.

Вера отвернулась к окну. «Ну не могу же я всех жалеть! – подумала она. – Я же не Санта-Клаус, не мать Тереза и не благотворительный фонд! И он, слава богу, здоровый и крепкий мужик. В конце концов, пусть заработает, не такие огромные деньги. В долг пусть возьмет. Кто он мне, этот Макс? Абсолютно чужой человек! Ну все, хватит рефлексий».

Из отеля послала маме фотографии с кладбища. Галина Ивановна тут же перезвонила и вместо «спасибо» Вера услышала:

– А что ты, дочка, не прибралась и не наняла оградку покрасить? А живых цветов, что ли, не было?

– Кому, мам, живые цветы? – взорвалась Вера.