С видом на Нескучный

Терпи и оставайся человеком, не смей поддаваться настроению, не смей себя жалеть. Ниночке хуже в сто, в миллион раз.

И ни о какой квартире она не думает, боже упаси! Просто она очень устала."

"Вадим. Ее единственная любовь, больше не было. Любовь и непрекращающаяся боль, вечная незаживающая рана. Вадим, который мог бы быть ее мужем, отцом ее детей. Да всем! Всей Вселенной, абсолютным счастьем и совпадением – так разве бывает? Вадим, от которого она сама отказалась. Сама, по собственной воле. Отдала своими руками то, что было дороже всего на свете. Во имя чего? Вот об этом лучше не думать. Не вспоминать. Да, приказывала себе не вспоминать. Смешная! Разве такое возможно? Да и потом, что уж, сама виновата.

Он ошибся дверью. Вернее, шел к своему научному руководителю, чтобы передать материалы по кандидатской, но перепутал подъезд. Немудрено: все подъезды похожи…

Научного руководителя его в доме все знали – еще бы, сколько раз чудаковатый седой старичок вел беседы на телевидении.

Таня все поняла и объяснила – соседний подъезд, тоже шестой этаж, кажется, металлическая дверь.

Молодой симпатичный мужчина широко улыбнулся:

– Спасибо!

Таня улыбнулась в ответ.

На следующий день он возник на пороге квартиры с букетом мимозы.

А, завтра Восьмое марта! Господи, она совершенно забыла!

На улице буйствовала настоящая весна – растаял снег и высохли тротуары, по утрам шаркали метлы старательных дворников – как же, центр столицы.

На улицах появились улыбающиеся, скинувшие тяжелые надоевшие зимние пальто, стянувшие береты, косынки и шапки, распустившие уставшие волосы женщины и мужчины с загоревшимися глазами. Все пахло весной, и все сулило надежду!

Таня четыре дня не выходила из дома – болела Ниночка – и пропустила внезапно, как волна, нахлынувшую весну.

– Это мне? – изумилась Таня. – Да зачем? Ой, ну спасибо! – Она совсем растерялась. Никто не дарил ей цветы. – Хотите чаю?

Повезло, что он отказался. Просто сказочно повезло – как пригласить его в дом, где находится тяжелобольной человек? Где подоконник и стол уставлены коробками и коробочками с таблетками, где на батареях развешены постиранные пеленки, где беспорядок, потому что убирать нет смысла и нет настроения, где стоит запах больного старого человека, наверняка стоит, как без него, это Таня принюхалась.

А она сама? Чумичка, как говорила Дуня: волосы собраны в хвост, старые треники, растянутая майка, поношенные тапки. Та еще невеста. Хотя при чем тут невеста?

Договорились встретиться вечером у кинотеатра.

– Хороший фильм? – переспросила она. – Нет, не видела. Я редко куда-то выбираюсь – ухаживаю за старенькой родственницей.

Он, кажется, удивился. А может, ей показалось.

Поставила в вазу букет и села напротив. Ни разу в жизни ей не дарили цветы.