С видом на Нескучный

Хотелось бы иметь близкого человека, душевного, доброго, родного. И всего остального хотелось, включая и понимание, и жалость, и, извините, секс. Он же мужчина. И еще – он очень устал от унижений. Как же хотелось швырнуть ей в лицо этот чертов рубль на кофе и коржик! В ее широкое, дряблое, густо намазанное кремом лицо. Но не мог, смелости не хватало.

Он все про себя понимал: тряпка, ничтожество, бесхребетник, слабодушное, трусливое и беспринципное говно. Но не подонок же, не извращенец, не хам и не садист? Он честный и ответственный человек, хороший отец и порядочный муж. И на работе его уважают. Господи, куда его занесло? Какое там «уважают»? Как можно уважать человека, если он сам себя презирает? Если он втихаря жует свои бутерброды.

Но жил ведь как-то, жил! Почти потеряв надежду и на любовь, и на все остальное. Живут же без этого, верно? Главное – здоровье, как говорит прибаливающая и охающая жена. Ну ей виднее.

Роман с Линой начался так внезапно и неожиданно, что Павел Корпиков растерялся: он нравится женщине? Молодой, симпатичной женщине? Нет, невозможно! Как говорила его жена, «кому ты, тряпка, нужен? В тебе нет ничего от мужчины. Ты – бледная моль, ты никто!». Но, кажется, он правда нравится этой Лине Кирилловой – милой, симпатичной, стройной, в узком красивом платье, изящно гарцующей в туфлях на каблуках. А ноги, господи! Какие у нее ноги! И улыбка. Светлая, нежная, обезоруживающая! Фантастическая женщина эта «француженка» Лина! И как случилось, что он не обращал на нее внимания? Впрочем, какое внимание, он не про это.

Конечно, на корпоративе они выпили – еще бы, Новый год! Пили шампанское под многочисленные салаты и пироги, принесенные женщинами из дома."

"– Попробуйте мой салат, – протянув миску с чем-то розоватым, улыбнулась она. – С крабовыми палочками, любите?

Забыв про аллергию на рыбу, Павел кивнул. В тот вечер он любил все. И ничего не боялся. Впервые ему не было страшно, неловко, ничего не смущало.

А как от нее восхитительно пахло! Духи жены он не переносил – душные, тяжелые, вязкие. А здесь всё легкость, свежесть, чудо!

Потом узнал – духи были французские, известной марки. На следующий год купил флакон. Три ночи не спал, стараясь забыть про их цену. Купил, продав дедовский барометр, ценную вещь.

Жена исчезновения барометра не заметила, висел он в комнате Павла, куда она практически не заходила. Вернее, просто не заходила – откроет дверь, что-то бросит, и все. И то слава богу.

Впервые он влюбился. Короткая влюбленность в шестом классе и еще более короткая в жену были не в счет. Первая любовь, настигшая после тридцати, – каково?

Все было прекрасно. И она была прекрасна. Безоговорочно прекрасна была его Лина.

Павел ехал в метро, закрыв глаза. Он читал стихи.