S-T-I-K-S. Шпилька

— У животных тоже Дары Стикса, бывает, проявляются. Ничего за своей псиной не замечала?

— Нет, — не моргнув глазом, соврала Шпилька и тут же спросила. — Почему стронги свой стаб Энгельсом назвали?

— Не знаю, как на твоей Земле, а на моей были два таких города — Саратов и Энгельс. На разных берегах одной реки стояли… Забыл название…

— Волга, — подсказала Шпилька.

— Точняк, сечёшь. Тут, правда, не Волга, а так себе речушка, вроде той, в которой мы с тобой от элиты спаслись. Так вот, километрах в пятидесяти от неё в обе стороны есть парочка стабов. Один заняли змеёныши. Они внешники, единственные, пожалуй, кто сумел на крайнем западе, прям возле Пекла, обосноваться. Примечательно, что большинство внешников — не наши. Англичане там, азиаты встречаются, всяких полно, в общем. А эти нашими оказались, русскими. Не, ну понятно, англичашки сюда бы не доползли, кишка у них тонка. В общем, стаб свой они Саратовом обозвали. А потом стронги пришли на второй стаб. Ну и смеха ради поименовали его Энгельсом.

— И что они не поделили?"

"— Как что? Внешники по большей части на иммунных охотятся, органы наши им нужны. Лекарство от всех болезней своих ищут, вивисекторы хреновы! Ну а стронги, соответственно, внешников мочат за то, что те наших под нож, как скот. Змеёныши, правда, к фармацевтике с другой стороны решили зайти. Но ты не думай, иммунных они так же режут, как и забугорные. Просто заражённые их больше интересуют, особенно элитники — они на тварях эксперименты ставят, всё мечтали найти способ живыми их отлавливать. И нашли — благодаря твоим стронгам. Ну а к квазам, у внешников вообще большая и чистая — физиология у нас уж больно специфическая.

— Только не говори, что это они тебе причиндалы ржавым скальпелем под корень, — добавив в голос побольше яда, в притворном ужасе закатила глаза Шпилька.

Сыч ухмыльнулся.

— Говорю же, специфическая физиология. Редко кому из квазов везёт прибор свой работоспособным сохранить. А если б на змеёнышей работать не начал, так и всего остального бы лишился, только уже хирургическим путём. Выбор-то у нас с пацанами простой был — или с ними, или на органы. Что бы ты сама на месте Пахана выбрала? Или любого из нас? Вот то-то же.

Шпилька внутренне содрогнулась, представив себя на месте Сыча.

— Я ведь до того, как в кисляк попал, в ментуре работал. Честно работал, между прочим, а не как принято. И тут муром стать не рвался, да вот не свезло. Говорят, на востоке полно нормальных кластеров, где можно честным рейдером стать. А здесь, возле Пекла, либо к стронгам, либо к мурам. Последние для внешников иммунных собирают, и заражённых. И тут уж на кого первым нарвёшься. Я мурам попался, Пахан меня уже приготовился на органы сдать, да я подмазался, своим прикинулся. Хорошо, в гражданке был, не в форме.