S-T-I-K-S. Пройти через туман VI

Тяжёлый нодиевый меч описал стремительную дугу, оружие с лёгкостью развалило раскормленную, перекачанную тушу от плеча до паха. Лезвие прошло как лом сквозь дерьмо, не встретив ни малейшего сопротивления. Похоже, тварь не сразу поняла, что ей пора умирать, продолжила корчиться уже разделённой на две неравных половины.

В лицо мне пахнуло удушливыми запахами дерьма и бойни. Ума не приложу, как же я обходился всё это время в Замке без вот этого всего? Но как-то явно обходился, даже привыкнуть успел к отсутствию этой вони.

Естественно, что ни затормозить, ни сменить вектор движения я не успел. Инерция бросила меня на истаивающую сферу желтоватого цвета, вылетевшую из заражённого. Размер её не был впечатляющим — всего-то с не самую крупную вишню, — но привычное ощущение хлынувшего в меня потока энергии обнадёжило. Замедлившись, дождался, пока моё сосредоточие Духа Стикса наполнится, и рванул дальше в горку, к крестам.

Взбежав на мини-голгофу я, не церемонясь, попросту срубил ближайий крест. Нодий прошёл сквозь него не так легко, как сквозь живую плоть, но с задачей справился на «ура». Подхватив конструкцию, я аккуратно опустил её на землю и проделал всё то же самое со вторым крестом.

Девушки догнали меня. Аня, прижав автомат к плечу, опустилась на одно колено и принялась контролировать поле боя. Лакшери же была больше озабочена тем, что её хламида, не имевшая ни пояса, ни застёжек, снова распахнулась от быстрого бега.

— Лаки, блин… У тебя там всё как у всех! Займись парнями! — прикрикнул я.

Ботанка опустилась на колени перед первым крестом, отложив автомат, и дотронулась руками до Карантина.

— Орк…

— А?

— Орк! — Анькин автомат, выпустивший длинную суматошную очередь, оказался лучше любого пояснения.

Первым делом я занёс меч, готовясь встретить врага ударом. А когда развернулся и, наконец, увидел, кто он, понял одно — нам крышка. На вершину холма неслась элита, на которой приехала Мальвина. Нервно облизав губы, я стал собирать всю только что полученную энергию для одного-единственного удара. Но я не успевал. Ещё несколько скачков и тварь будет на вершине.

Сердце ушло в пятки, но страха не было. С момента появления в Улье я жил взаймы. Илья Казанский умер в тот момент, когда появился туман. Остался не очень приятный мне Орк, делавший иногда правильный выбор и старавшийся поступать по совести, но, по большей части, просто болтавшийся, как дерьмо в проруби — ни к левому берегу, ни к правому, ни взлететь, ни толком утонуть.

Спас нас счастливый случай, а верней, орденский гранатомётчик, засадивший по элите из РПГ-27, в простонародье называемом «Таволгой». Реактивная граната, укомплектованная тандемной боевой частью, врезалась в бочину монстра, заставив того пошатнуться и сбиться с шага.