S-T-I-K-S – человеческий улей

Дверь парилки распахнулась, показался голый мужик лет сорока с пузом внушительных габаритов. В одной руке зажата откупоренная бутылка дорогого виски, в другой копеечный пластиковый стакан. На его лице можно было отчетливо разглядеть следы вчерашнего порока, руки заметно тряслись, но шагал почти уверенно.

– О! А я думал, что тут пусто. Ты вообще кто?

– Карат.

– А я Тощий. Смешное погоняло для меня, крестный подшутил, ха-ха. Выпьем?

Карат молча показал банку.

– Это у тебя, что? Лимонад для маленьких девочек?

– Скорее моча.

– Тоже тема, но лакай такое сам. Я хочу с тобой чокнуться за что-нибудь хорошее. Ну и похмелюсь заодно, я остро в этом нуждаюсь. Понимаешь, вечер трудным выдался. Но ты знаешь, ничуть не жалею. Приятно время провел, не скрою. Во всех отношениях приятно. Жаль только, что запомнил не все. А ты был вчера с нами? Что-то не припомню тебя.

– Был, но не здесь.

– А где?

– Далеко.

– Чем занимался?

– Пытался выжить.

– Нормальное занятие. Давай, значит, за то, чтобы мы, значится, всегда выживали. И за приятные вечера. Чтобы таких побольше выпадало в этой жизни.

Пластиковый стаканчик беззвучно соприкоснулся с алюминиевой банкой, Карат отпил, а Тощий осушил до дна, крякнул, занюхал потной рукой.

– Ох и бурда, годится только полы мыть. Слышь, давай за водкой сбегай, не будем травиться такой дрянью.

– Ты не вкурил? Я на пиве. Нужна водка, так сбегай сам. Или покричи, может шестерки сбегутся.

– Ты чего такой невежливый? Не видишь, болею я. Мог бы и сбегать, ноги молодые, не облезешь.

Карат постучал по свежей повязке на голени:

– А я, получается, лучусь здоровьем, мне только литру водки для полного счастья засосать и не хватает.

– Че с ногой?

– Много чего. Два осколка, картечина, стрела арбалетная.

– И все в одну ногу?

– В одну.

– Ты ее отрежь, несчастливая она у тебя. Давай еще по разу, за твое здоровье.

Дверь распахнулась, заглянула взъерошенная голова с лицом украшенным дивных размеров синяком. Оценив открывшуюся картину, незнакомец голосом профессионального алкоголика с нотками изумления вопросил:

– Пьете?!

Тощий, занюхав рукой вторую порцию, невозмутимо ответил:

– Нифель, а ты чего весь такой удивленный? Никогда не видел, как честные люди пьют? Или думал, что мы тут в говнобаки друг другу присовываем? И кто это тебе портрет синим цветом разукрасил?

– Да так… – неопределенно ответил Нифель.

– Пить будешь?

– Буду.

– Тащи тару.

– Щас."

"Нифель появился через полминуты ""всем телом"": тощий, весь какой-то болезненно-неопрятный. И в облике что-то козлиное. А вместо стакана или кружки догадался приволочь половинку мыльницы, чем немного озадачил Тощего:

– Может ты еще вантуз принесешь вместо фужера? Я и туда налить могу.