Связано с любовью (СИ)

– Мисс Рузи, это я, Дирк, можно я войду? – почти шепотом раздалось за дверью.

– Да, Дирк, входи, - я знала, что у него есть ключ, но он никогда не откроет двери только по своему разумению, и не навредит мне.

Мы вчетвером сидели в кухне, задернув шторы, не зажигая масляного светильника. На улице начались сумерки, но света нам было предостаточно.

– Он приехал на своей коляске. Его человек ждал чуть дальше, где улица расширяется. Я слышал, как он говорил ему не уезжать далеко. Тот назвал его отцом Марком. Я не видел раньше его здесь, мисс. К вашей матушке приезжал совсем другой человек – старый и сгорбленный. Этот же, молод и силен, хоть дрова руби, а нет, туда же – надел платье, как монахиня, и ходит, вынюхивает…

– Вынюхивает? – вдруг выхватила я неожиданное слово.

– Да, мисс, он выспрашивал у соседской служанки как у тебя дела, и еще – не больна ли ты, не ходишь ли голодной. До того, как постучать, он расспросил несколько человек. Но слуги здесь все предупреждены – про тебя святошам ни слова! – нажимая на «святош», твердо высказался он.

– Спасибо тебе, Дирк. Я рада, что у меня есть такой защитник.

– Плохо, что вы сразу его вот так… Даже не узнали, чего он хотел. Думал, увидит меня, и станет расспрашивать, а я и у него узнаю – чего хотел, но он был так зол… покраснел, вены вздулись и на лице, и на шее – страшное совсем лицо стало. И свистнул, как бандит. Коляска в ту же минуту подъехала, он прыгнул, и был таков, - закончил Дирк.

– А чего им надо? Дом нужен, и Рузи. Вернее, ее руки, которыми она станет зарабатывать им деньги. Вот что им надо, - выпалила Клара.

– Я думаю, от них можно откупиться, - задумчиво предположила Марита, и потом грустно продолжила: - но ты все деньги отдала за шерсть…

– Пока я не совершеннолетняя, ничего меня не спасет, Марита. Два года они будут приезжать и приезжать, ища возможность заграбастать побольше.

– Вот если бы замуж… - очень тихо сказала Клара.

– Ага, эти хоть два года будут кровь пить, а эти ваши мужья – на всю жизнь, - понимая, что Клара просто перебирает все возможные варианты, улыбаясь ответила я.

Решив оставить этот разговор до утра, которое, судя по сказкам, мудренее, мы разошлись по комнатам. Хоть я и думала, что заснуть не получится, и уже приготовилась коротать ночь в думах, сморило меня моментально.

Проснулась от стука в двери, и сердце снова забилось. Боже, ну может не все сразу, - подумала я и наклонилась на подоконник. В одной из дам, что отошла от двери и смотрела на окна я узнала Оливию и выдохнула.

И мать, и дочь, смотрелись на моей кухне как два бриллианта в шкатулке с бусами из рябины, хотя, казалось, их это совершенно не смущает.

Они долго осматривали наши станки, охали и ахали, ощупывая разноцветные клубки пряжи, гладили готовые пледы размером с полноценную двуспальную кровать.