Отбор с осложнениями

Придется перебрасывать войска… Можешь узнать больше? Когда планируется наступление, какими силами, где именно…

— Как вы понимаете, мама, я несколько стеснен в действиях, — ответил Вейрон, раздражаясь.

— Ну, ты ведь как-то добыл эту информацию, — не отступал Ингвар Штолл. — Хоть и темнишь — каким образом.

— Не хочу даже вспоминать, как мне это далось, — буркнул Вейрон."

"— Нам нужен мир, — тяжело произнес генерал. — Передышка хотя бы в год-полтора. Мы готовим провокацию для красхитанцев, и совсем скоро они будут заняты решением проблем на другой стороне своей страны. Но ты же знаешь, при всей своей дикости, они отличные воины, и магов у них рождается немало.

— Плес не отдавайте, — попросил Вейрон почти жалобно. — Мы там кровь проливали…

— Сам не хочу, — вздохнул Ингвар Штолл. — Ты вот что, держи ухо востро. Если что узнаешь — сообщай. Но не лезь на рожон. Артефакт так и не нашли. Близится час Селены. Совсем скоро…

— Бригитта! — раздался зычный голос, и Вейрон, резко обернувшись, едва не застонал.

Рыжий верзила спешил к ним, раскинув руки словно для объятий.

— Это еще кто? — пробормотал генерал, близоруко прищурив единственный глаз.

— Одна наглая красхитанская сволочь, — тихо ответил Вейрон.

— Это ты ему физиономию подрихтовала, доча?

— Позволь представить тебе, мама, — с нажимом произнес Вейрон, — Мордиша, прибывшего с востока в качестве одного из послов Красхитании.

— Чтоб я сдох, — пробормотал Ингвар Штолл себе под нос.

Рыжий замер, рассматривая генерала, укутанного в черный цветохрон, а после склонился в неожиданно изящном поклоне.

— Какая честь! Леди Дракхайн… Теперь я вижу, в кого Бригитта такая… — он обвел в воздухе очертания женских изгибов, смутился и поклонился снова.

— Ну, мы пошли, — Вейрон взял остолбеневшего генерала под руку и потащил к выходу из сада.

— Постойте, — Мордиш перегородил им дорогу. — Я бы хотел заявить о серьезности своих намерений.

— Что? — сипло выдавил генерал.

— Ваша дочь пленила мое сердце, — пылко произнес Мордиш. — Я восхищен ее силой духа. И тела, впрочем, тоже. А ее глаза…

Генерал повернулся и ошарашенно уставился на Вейрона. Этого он ему точно не забудет.

— Вы что же, — к Ингвару, кажется, возвращалось прежнее самообладание. — Просите ее руки? У меня?

— Я сказала нет! — воскликнул Вейрон.

— И я услышал, — согласился рыжий, расплывшись в улыбке. — Порядочная девушка, защищающая свою честь словно тигрица…

Вейрон тихо застонал.

— Сильная, как медведица, внезапная и горячая, как удар молнии...

— Моя девочка, — довольно подтвердил генерал.

— Другой такой пылкой и в то же время скромной женщины я не встречал! И раз уж иного пути нет, — вздохнул рыжий, — да, я готов жениться.

— Похвально, — протянул Ингвар Штолл. — Но это не мне решать.