Спецы: лучшая проза о борьбе с наркомафией

В команде трудятся замечательные люди, каждый сам по себе – самородок, недаром ведь отбирали из огромного числа специалистов… Однако в процессе работы довольно часто возникают ситуации, когда командиру приходится всерьез задумываться: а не отправить ли всех этих замечательных людей на длительное лечение принудительного характера?!

Безусловно, Лиза рассуждает как технический специалист. Очень может быть, что вот это ее пристальное внимание к эстетике смерти имеет сугубо утилитарный характер и никак не связано с индивидуальным восприятием мира… Но она же в первую очередь женщина! Хранительница очага, мать, Создание божие, предназначенное для Любви и Добра…

– По этому вашему прекрасному эпизоду не все так просто, – Иванов недовольно покачал головой. – Много нюансов. Видно, что снимали со стороны, любой дилетант влет сделает вывод: значит, не свои снимали, прятались! Это раз. Потом, мне представляется неподъемно сложным придумать, как правильно подкинуть таджикам эту вашу замечательную запись. Как это сделать, чтобы не возникало вопросов насчет пресловутой «третьей силы»? Выходит на крылечко, а оно лежит себе на перилах, в подарочной упаковке с розовым бантиком? Как вы вообще себе все это представляете?!

– Насчет «со стороны» – не проблема, – Лиза небрежно плеснула ручкой. – Я вам этот фрагмент за пять минут обработаю так, что будет выглядеть, будто снимали непосредственно из-за плеча Андижо.

– Насчет «правильно подкинуть», думаю, тоже не проблема. – Серега кивнул в сторону Кости Воронцова, подпиравшего голову рукой и сонно таращившегося в окно. – Зря, что ли, мы кормим целого доктора психологии?

Костя перестал подпирать голову и наморщил лоб.

– Эмм… Ну, в общих чертах… Гм… Да, в принципе, это все решаемо. Надо будет подумать…

– Тогда начинай думать прямо сейчас, – Иванов несколько оживился, – если есть хотя бы один шанс поправить это дело, надо им воспользоваться.

– Да, конечно, будем думать… Эмм… Однако…

Тут Костино лицо исказила гримаса страдания – вот именно сейчас титан мозгового штурма не был готов рожать продуктивные идеи. Бессонная ночь, непосильная нагрузка, отсутствие сиюминутной внятной мотивации: а ведь никто не пострадает, если начать думать в этом направлении не прямо сейчас, а, допустим, завтра с утра…"

"– Ну, понял, – Иванов подытоживающе стукнул ладонью по столу, – поработали неплохо, за собой прибрали, короче, все нормально. Всем спасибо. Евгений – график дежурства на «прослушке», двое на посту, остальные – отдыхать.

– Есть.

– Набирайтесь сил, думать будем завтра. Кстати, все по крупицам перемололи, а главное упустил… Жень, а чего бросал-то?

– В смысле?

– Ну, «ложись!» – и понеслась.