Спецы: лучшая проза о борьбе с наркомафией

Просто держи, не урони в воду…

Оружие? Он что – совсем спятил?!

– Замри…

Да я и так замер: буквально окаменел, как статуя.

Потому что услышал шаги.

Вообще не ожидал, что на фоне «рабочей обстановки», прущей от дома, услышу, как к нам идут люди, специально обученные в любой ситуации ступать мягко и негромко.

Может, это от того, что другой информации о приближающейся смерти не было и я весь буквально обратился в слух…

Человек подошел к «гейзеру», встал прямо за моей спиной и склонился над каменной кладкой – не поверите, но я услышал его дыхание.

Хрясть! – в воздухе что-то просвистело, раздался противный хруст.

– Бл…!!!

На мои вытянутые руки увесисто шлепнулась какая-то железяка, которую я тотчас же судорожно сжал.

– Че там? – спросил кто-то у входа в грот.

Неведомая сила вырвала железяку у меня из рук, мгла передо мной колыхнулась, формируясь в возносящийся над ватерлинией плотный черный кокон, который дважды негромко и упруго провибрировал:

– Тр-р-р-р! Тр-р-р!

Рывок, брызги, справа-сзади – грузный мокрый шлепок по каменному полу, и опять:

– Тр-р-р-р! Тр-р-р! Тр-р-р-р-р-р!

Хрип, какое-то противное бульканье, короткая возня у входа…

– Вылезай, – тихо скомандовал слегка запыхавшийся Разуваев, склонившись над кладкой. – Твоя задача: быстро одеться, молчать и слушать. Ни слова – иначе хана. Понял?

– Понял, – я на негнущихся ногах полез наружу.

Разуваев включил трофейный фонарь, положил его на пол, лучом к противоположной от входа стене, ткнул пальцем в лежавший у «гейзера» труп, под которым быстро растекалось темное пятно, и шепотом нарычал мне в ухо:

– Куртка, ботинки, штаны, разгрузка. Шлем и броник[7] не надо. У тебя минута. И – ни слова!

– Да понял, понял…

О брезгливости и естественном природном пиетете по отношению к мертвым в тот момент как-то даже и не вспомнилось: я с такой лихорадочной поспешностью рвал одежку с еще не остывшего трупа, что обломал себе все ногти.

Знаете, я ведь уже похоронил себя. В тот момент, когда услышал шаги за спиной. И это не паника, не упадок духа, а просто трезвый расчет."

"Мне приходилось общаться и работать со спецами. И до сего дня я твердо знал: при штурме спецназа шансы выжить у безоружного человека равны нулю. Не «примерно», не «около», а просто нулю – без вариантов.

Короче. Можно смело утверждать: только что на моих глазах Разуваев совершил чудо.

Кому такое испытать не довелось, поверьте на слово: чудо – жутко заразительная штука. Пробирает буквально до глубины души. Может, потом и будет скептический анализ на трезвую голову, но вот непосредственно после чуда свято верится, что с этим кудесником можно горы свернуть. Ты готов идти за ним хоть в ад. И если он прикажет за минуту не то что раздеть труп, а расчленить его трофейным ножом – расчленишь как миленький.