Спецы: лучшая проза о борьбе с наркомафией

Не знаю, успели бы сделать что-нибудь спецы Разуваева, но… Судя по тому, как молниеносно отреагировали «телки», у меня возникло впечатление, что они запросто перестреляли бы нас всех – спецов в том числе (слишком близко подошли – не использовали преимущество дальней дистанции для автоматного огня) – и кортеж, лишившись одной транспортной единицы, укатил бы дальше…

То есть как ни крути, но по факту из-за одной мрази пострадала бы куча нормальных людей.

– Вы че, по-русски не понимаете?! – с неподдельной злобой рявкнул Собакин. – У меня приказ: в случае сопротивления живым его не брать! Даю три секунды положить оружие! Потом проверяю пулестойкость стекол…

С этими словами наш вождь стремительно обогнул «мерс» и, приставив ствол к стеклу правой задней двери, зловеще отчеканил:

– Раз! Два!! Три!!!

Старший, тяжко вздохнув, аккуратно положил пистолет на крышу и воздел руки на затылок. Водила немедля последовал его примеру – троица в замыкающем «Гелентвагене» тоже дисциплинированно выложила стволы.

Ну, слава богу – я уж думал, это никогда не кончится…

Разуваев добил прикладом стекло на передней двери и грубовато отпихнул водилу. Собакин с неожиданным для его комплекции проворством посунулся в салон и изнутри открыл заднюю дверь «мерса».

– Взяли!

Мы с «близнецами» ухватили Экипидора и потащили его наружу.

Собакин с Разуваевым забрали оружие, развернули старшего и водилу лицом к машине, заставили положить руки на крышу и зачем-то приставили стволы к их головам.

То же самое проделали бойцы Разуваева с хлопцами из замыкающего «Гелентвагена».

Зачем, спрашивается?

– Ой, б…! – вскрикнул Витя. – Да я тебе, падла, все зубы выбью!

Понял. Продуманный шаг.

– Не бить! – напомнил Разуваев. – Поласковее!

Экстракция Экипидора превратилась в душераздирающее зрелище: глава Русской торговой гильдии неистово визжал, аки покрываемая слоном мордовская выхухоль, извивался жирной змеей и кусал все, что оказывалось в опасной близости от его огромной зубастой пасти.

И чего, спрашивается, не вести себя, как подобает мужику, – гордо и с достоинством?

В общем, пока доволокли его до нашей машины и упаковали, с нас семь потов сошло. Чтобы выполнить требование Собакина, пришлось приложить титанические усилия: руки так и чесались (а как ноги чесались!) вломить визгливой сволочи по полной программе!

Теперь я понял, почему Собакин для такой рутинной вроде бы процедуры отрядил отдельный элемент боевого расчета.