Спецы: лучшая проза о борьбе с наркомафией

И никакая это не гипербола, спросите у сотрудников, многим довелось это испытать на собственной шкуре.

Ладно, пока что все идет нормально, так что не будем о грустном.

Наши вожди довольно быстро сформировали группы и отправили захватчиков по адресам. Остались: два десятка хлопцев Разуваева (для организации концлагеря), которые, как мне показалось, торчали подозрительно близко к шеренгам милицейского начальства, сам Разуваев, Собакин, «близнецы» и ваш покорный слуга.

– Да, у нас будет спецзадание, – Собакин опять правильно истолковал мой немой вопрос. – Сейчас генерал санкцию испросит – и поедем.

– Произволом займемся?

– Нет, постановления есть, на всех заготовили. Просто тут особый случай…

Дождавшись, когда Азаров отправит последнюю группу, Собакин напомнил ему об «особом случае», после чего генерал подошел к Зубову и под аккомпанемент рубленых фраз председателя совбеза о чем-то с ним пошептался.

Зубов ненадолго призадумался, затем решительно кивнул и подтвердил кивок красноречивым жестом.

Жест более всего походил на движение руки рачительного хозяина, ухватившего за шкирку вконец оборзевшего котяру, который так увлекся поеданием хозяйской сметаны из запретной крынки, что не заметил приближения опасности.

– Ну все, – довольно проурчал вернувшийся Собакин. – Едем брать.

Через пару минут мы убыли на спецзадание в следующем составе: Разуваев с десятком своих бойцов на двух микроавтобусах «Тойота», Собакин, «близнецы» и ваш покорный слуга – в потрепанной, но надежной «Мазде».

Количество спецов меня несколько насторожило. Воры – публика солидная, при внезапных «приемах» обычно не опускаются до беготни по крышам и стрельбы по площадям.

Интересно, кого мы будем брать?

* * *В восемь часов мы подъехали к скверу у площади Курчатова и встали рядом с «техничкой», которая нагло функционировала при открытых дверях прямо на пешеходной аллее. «Техничку» стерегли двое хлопцев Разуваева, а все это безобразие в комплексе охранял милицейский патруль в три лица, сидевший неподалеку на лавочке и лузгавший от скуки семечки.

Безлюдный утренний сквер – островок затишья в огромном городе, фургон с аршинными желтыми буквами «Техническая служба», а понизу, чуть поменьше, голубенькими: «У вас проблемы. Мы вас слушаем!» (какой-то негодяй соскреб вопросительный знак после «проблемы», оставив точку), «Наше Радио» из открытой двери – видимо, для развлечения охраны, и среднестатистическое благодушие на служебных лицах.

Короче – этакая оперативная идиллия. Мы тут вроде как вообще лишние.

– Отдел обеспечения, – негромко пояснил Собакин, когда мы выходили из машины. – Знакомиться не надо. Спрашивать тоже ничего не надо, все, что нужно, они скажут сами.