С мейсе Райкконен что-то не так

Хотя да… Если я в раю, то обраток быть уже не должно. А то какой же это рай тогда? – хихикнула я.

И я осторожно отлепила от подушки лицо, недоверчиво пошевелила пальцами ног и наконец села, откинув одеяло. На мне была просторная шёлковая пижама стального цвета, явно мужская. Никаких розовых пеньюаров и вороха кружев, которые постоянно высылала мне маменька. Это точно рай! Поганец, конечно, ворчал для вида, но пару рубашек я у него отобрала – спать в них было одно удовольствие.

– Так, записывайте, – откинулась я на подушку, с удовольствием пригубив кофе – тот был поистине божественным. – Во-первых, дюжина красавцев, чтобы будили по утрам. Но только объясните им так мяконько, чтобы палку не перегибали. Первые полгода, по крайней мере: пока меня тоска по поганцу не отпустит. Люблю заразу. Скорбит там по мне, наверное… Но он живучий, так что в ближайшие пятьдесят лет его тут ждать не стоит. Да и не факт, что он тоже в рай попадёт. А с преисподней у вас, кстати, канал налажен? Навещать его там буду, только пусть меня сразу уведомят, как он прибудет. Вот прямо подчеркните, чтобы не забыть, хорошо?

Седой ворон только моргнул.

– Второе: сразу запишите меня на аудиенцию к местному начальству. Ну, к богам, судьбе-хренотьбе или кто тут у вас главный. А то я вроде как сама была из демиургов, вот и проясним заодно – так оно или нет. А то незнание хуже всего, и в по-за-той жизни я уж точно должна все ответы получить. Ой, простите, я тут болтаю, а с вами познакомиться даже не удосужилась… Вы не подумайте, я не всегда такая невежливая! Меня зовут Эрика Рауна Виолетта Стефен-Дари, но вы это и так, наверное, знаете. И лучше просто…

– Знаю, мейсе Уна, – впервые улыбнулся ворон. – Я четвёртый советник Николас Размунд. К вашим услугам.

– О, а я про вас слышала! И вы, значит, не убереглись… – опечалилась я, вспомнив это имя. – А дядька Скоропут о вас с таким теплом вспоминал. Вас отравили, наверное? Вот даже хорошо, что до столицы так и не доехала. А то во дворце сейчас чёрт-те что творится, надо полагать.

– Мейсе Уна… – откашлялся советник Размунд. – Мне не хотелось бы вас расстраивать. Но, кажется, вы ошибочно мните меня усопшим. И себя тоже. И… простите за такую новость, но вы не в раю. И сейчас находитесь именно в столице. А конкретнее – в королевском дворце. Пусть лекарь осмотрел вас накануне и сказал, что причин для беспокойства нет, но сильное волнение могло временно помутить ваше сознание…

– Да ладно, – не поверила я и вскочила с громадной кровати.

За окнами раскинулся шикарный вид с высоты птичьего полёта. Весь блистательный Этернаполис лежал как на ладони. А такой вид мог быть только со Старгородского холма, на котором и раскинулся белокаменный дворцовый комплекс – главная резиденция королей за последние шесть сотен лет.