Лишняя. С изъяном

Как же так? Только успел удочерить, только начали развивать бизнес — и так глупо погибнуть.

«Будь сильной», — сказал он мне вчера. Неужели чувствовал?

Или… знал?

Заместитель главы службы безопасности вдруг так бездарно подорвался на взрывчатке? И совершенно случайно тело опознанию не подлежит?

Я утёрла слезы, которые сама не заметила, как потекли по щекам.

Может, местным это и сойдёт за убедительную гибель, но я воспитана на детективных сериалах и новостях, а там обычно если что-то очень явно и громко взрывается, то есть какой-то подвох.

С достоинством кивнув безопаснику, имя которого так и не запомнила, хотя он представился раза три, я поднялась со стула. Мысль о том, что гибель приемного отца скорее всего им же и инсценирована, придала мне сил.

— Передайте лорду Доэрти, что я буду на похоронах.

Безопасник подавился начатой было фразой, а я мысленно выругалась. Расслабилась от стресса, ошибки совершаю. Откуда дочке из провинции знать начальника отца по фамилии? Я поспешно сделала вид наивной дурочки и пролепетала:

— Папа часто говорил, они вместе работают. Я не так произнесла титул? Ах, простите меня! Я так переживаю… — и весьма уместно промокнула набежавшую слезу.

Парень, ненамного старше меня, тут же размяк. Девичьи слезы — оружие массового поражения: сразу окружающим мозг отшибает напрочь. Он снисходительно похлопал меня по руке — несколько фамильярно для столь поверхностного знакомства, но в стрессе простительно — и, пробормотав что-то вроде:

— Конечно-конечно, — поспешно ретировался.

Я упала обратно на стул, помянув про себя недобрым словом неприятно спружинивший турнюр.

— Леди Суон, — кашлянув, напомнил о своём присутствии дворецкий. Я неохотно скосила на него глаза. Он стоял гордо и непоколебимо, как и всегда, однако привычное уже презрение во взгляде, направленном на меня, сменилось на некое… уважение, что ли. В зачаточном состоянии. За неимением полноценного хозяина, сойдёт и эта, говорил теперь его вид. — Вас дожидается еще поверенный, мистер Даллас.

— Уже? — изумилась я. Так быстро? Мне только сообщили о смерти приемного отца, а завещание уже привезли? Моя уверенность, что с его гибелью что-то нечисто, зацементировалась. — Ну, проси, раз уж он здесь.

Я поудобнее устроилась на стуле, очень кстати подвернувшемся. Идти куда-то, вроде кабинета, не хотелось. В особняке был только один кабинет, примыкавший к библиотеке, хозяина дома. Тревожить его так сразу, не убедившись сначала, что мои подозрения верны, мне не позволяла совесть.