Демон с ошибкой

И не просто говорить, а в определенной тональности, плавно понижая и повышая тон и заставляя и без того потрясающий мужской голос звучать завораживающей мелодией. Аж до мурашек. Песня сирены, да и только. Будь я моряком на корабле, без раздумий прыгнула бы за борт, пожалуй. Уплывая на волнах образов, я позволяла ему беспрепятственно орудовать иглой.

— Знаешь, любовь моя, что я больше всего хочу сейчас сделать? Медленно спустить этот халат с твоих плеч, завести за спину руки, чтобы ты не могла сопротивляться, и заставлять тебя снова и снова выкрикивать мое имя. До тех пор, пока оно не сольется намертво в твоем сознании с каждым моментом наслаждения в настоящем, прошлом и будущем. И это только начало. Потом ты должна будешь бесчисленное количество раз повторять, что ты моя. Только моя. Я знаю много, много, много огненных способов, как вырвать из тебя это признание. Я придумывал их все эти годы, глядя на тебя, такую сладкую, вредную и единственную. Начиная со школы. И лишь когда ты до конца осознаешь эту истину, придет время для самого интересного. Тебе придется доказать это мне… без слов. И доказывать долго и убедительно, пока у меня не останется даже малейших сомнений… Все, заноз больше нет, — Он, наконец, поднял глаза от ладони.

К этому моменту я смотрела на него с приоткрытым ртом, забыв обо всем на свете. Какие там занозы. Кажется, в таком состоянии можно было делать операцию без наркоза, я и то вряд ли бы заметила. На лбу выступили капельки пота, а случайно столкнувшись со своим отражением в настенном зеркале, я увидела расширенные зрачки…

Пользуясь моим коматозным состоянием, Гелиан быстро обработал антисептиком место, где была содрана кожа, и осмотрел руки и ноги на наличие прочих повреждений. Только когда открытые участки тела закончились, и он перевел задумчивый взгляд на халат, я немного очухалась.

— Не смей, — попыталась отпихаться от него дрожащими руками.

— Тогда сама признайся, где еще болит, — тоном неподкупного следователя потребовал он. — И не вздумай врать мне.

С ужасом чувствуя легкое нытье в районе ягодицы (ушиблась, когда лезла в дыру за ящиками), я помотала головой. Дар речи еще не восстановился полностью и яркие картины, навеянные гипнотическими словами демона, до сих пор стояли перед глазами. Боюсь, в таком состоянии одного прикосновения будет достаточно, чтобы я сама набросилась на Гелиана.

— Не верю, — провокационно протянул он. — Будешь упорствовать, сам поищу.

О, как же мне захотелось начать демонстративно упорствовать, чтобы вынудить его осуществить угрозу. Отчасти из-за этого, я, наконец, нашла в себе силы для борьбы. Упершись ногами в пол, я резко двиганула свой стул назад, вскочила и с визгом метнулась к двери, а потом дальше по коридору.