С чистого листа

В его взоре плескалась боль.

Не нарушая повисшей тишины и не двигаясь, мы просто смотрели друг на друга.

— Мичи, у меня к вам есть пара вопросов, — деловито сообщила Светлана и увлекла помощника из гримерки. Дверь с протяжным скрипом закрылась за их спинами."

"Я сделала маленький шажок любимому навстречу. Тот резко подался вперед, крепко-крепко обнял и замер, уткнувшись в мои волосы.

Потеряв счет времени, мы стояли, тесно прижавшись. Слова были просто не нужны: наши сердца бились в унисон. Чувствуя его горе от невыносимой, мучительной утраты, я разделяла боль на двоих, при этом ловила идущие от юноши волны нежности и чистой любви и усиливала их своими эмоциями, а потом окутывала ими Дэйчи, словно защитным коконом.

Вместе навсегда. Я ощущала это каждой клеточкой тела. И знала, что любимый испытывает то же самое. От эмпата эмоции довольно сложно скрыть, а он и не пытался.

Через пару секунд принц мягко отстранился. Убрал непослушную прядь мне за ухо, хрипло произнес:

— Родная, мне нужно переодеться. Разумовский будет звонить по видеосвязи. Не хочу общаться в этой одежде.

Шагнув в сторону, он принялся быстро расстегивать пуговицы на рубашке. Закончив с ней, занялся брюками. Его лицо вновь окаменело.

И чем ему костюм не угодил? Разве джинсы и футболка — лучшая одежда для приватной беседы с российским императором? Или дело в белоснежно-траурном цвете?

Взгляд скользнул по обнаженному мужскому торсу, по сильным рукам. Заметив почти полностью занимающую правое плечо татуировку черного дракона, нахмурилась. Голову даю на отсечение, что еще утром там ничего не было!

Может, он уже знает о том, что должно случиться, от этих своих духов? Не просто же так из ниоткуда появилась татуировка! Даже в моем мире на подобное детальное изображение у мастера ушел бы не один день, а тут такая красота, и всего за несколько часов. Стоит поговорить сейчас или лучше попозже?

Впрочем, самое удобное время никогда не наступит. Я скрипнула зубами, откинула сомнения и решительно позвала:

— Дэйчи.

Натянув джинсы, парень застегнул молнию, посмотрел вопросительно.

— Тату на твоем плече, это... — замолчала, подбирая слова.

Шумно выдохнув, принц задумчиво прищурился. Затем твердо сказал:

— Не хочу тебе лгать. Это не просто красивая картинка, а предупреждение. Боюсь, наш мир ждут тяжелые времена.

— Ты знаешь, что именно случится? — я машинально сжала кулаки.

— Пока нет. Надеюсь, на родине дух заговорит, — поразительно просто признался любимый. И глухо добавил: — Еще и император Игорь желает прямо сейчас пообщаться.