Ржавый меч царя Гороха

Глядь-поглядь по сторонам, а у забора-то, под вашим окошечком, энтих курей видимо-невидимо! И ведь все как есть дохлые…

– Хм, задачка, – призадумался я. – Одновременная скоропостижная смерть сразу семи кур. Кому оно надо? Может, их мор какой накрыл или массовое самоубийство? Ну там на почве обоюдной ревности к нашему петуху…

– Вот это запросто, – поддержал меня голый Митька. – Я самолично не раз видел, как он на соседний курятник заглядывался. А потом ещё на ворон посматривал, эдак из-под гребешка, многозначительно. Они уже и бояться его стали, летят с нашей крыши от греха подальше…

– Но вернёмся к теме. Ты на фига ж эту дохлятину в баню-то притащить додумался?

– Спрятать. Вдруг бабуля из терема выйдет да углядит, что куры её любимые нехорошей смертью померли, и ведь что подозрительно, аккурат под вашими окнами, а?

– Разговор был бы серьёзный, – кусая губу, признал я. – Но сам петух, зараза, цел?

– Цел, зараза!

– Нет в жизни гармонии.

– Увы и ах…

– Ладно, Мить, быстренько вынеси все трупы во двор, пусть за банькой полежат. А то устроил тут какой-то птичий морг. Я, между прочим, помыться хотел.

– Да за-ради вас в единую минуточку! – радостно подскочил он и, сгребя дохлых хохлаток в одну кучу, кинулся исполнять."

"Конечно, мыться и париться в такой бане меня бы никто уже не заставил. Так, поплескал слегка на плечи горячей водичкой, кое-как вытерся полотенцем, надел чистое бельё и вышел из бани как раз в тот момент, когда четверо стрельцов заносили в терем распростёртое тело бабки.

– Что случилось?!

– А это ты у своего напарника спроси! – зло бросил мне Фома Еремеев. – Довёл, дурачина, пожилую женщину, вот она и откинулась…

– Умерла? – ахнул я.

– Да типун тебе на язык, участковый! Жива! В обмороке только. Беги в дом, помаши над ней платочком, глядишь, и оживёт. А парня твоего пороть бы надо!

– Мы порем, – бессильно соврал я, ища взглядом Митю.

– Мало порете, – уверенно подчеркнул начальник стрелецкой охраны. – Хозяйка твоя, потягиваясь, из терему вышла освежиться, к уборной прошла да вдруг как заорёт! Мы к ней, а она уже лежит на земле сырой, руки в стороны, пятки врозь, а из-за уборной эта коломенская верста зубы скалит. Главное, сам голый, а в обеих руках по дохлой курице.

– Да-да, я в курсе. Но их вроде должно было быть семь.

– Дак остальных он уже в уборной утопил! Ты б, Никита Иванович, ещё разок подумал, кого в отделении держишь? А ну как он с кур безвинных на людей перейдёт?! В общем, задержали мы его до выяснения…

Я от всего сердца поблагодарил за совет и участие, попросил доставить Митю ко мне в горницу и бегом кинулся выяснять, как себя чувствует наша впечатлительная эксперт-криминалистка. Какой-то сегодня нервный денёк, не находите?..