Рыжее братство. Трилогия (СИ)

А баланс в численности безрассудных безумцев и консерваторов поддерживает мировую гармонию.

Киз задумчиво хмыкнул. Я спросила:

— Так как с ощущением направления, о великий коронованный компас?

— Ты права, туда, — игнорируя подначку, согласился киллер.

Дэлькор не стал дожидаться официальной команды — понукания к отправлению. Задержался ровно настолько, чтобы я вскарабкалась на спину, и порысил в нужную сторону.

— Я король лишь временно. Если даже выживу после… Артаксару все равно придется искать нового владыку, — проронил Киз, поравнявшись со мной.

— Поживем — увидим. Это я про «поискать», а про «даже» и «если» думать забудь. Надумаешь отдать концы, поставлю на уши Силы и попрошу воскресить! — пригрозила я.

— Какая заботливость, — недоверчиво скривился мужчина.

— Не могу же я лишить своего возлюбленного единственной родни из-за такой банальности, как спасение мира, — с нарочитой рассудительностью ответила я. — Мне очень дорого его душевное здоровье, и так подвергающееся испытаниям из-за многочисленных неприятностей, именуемых в развлекательной литературе приключениями."

"Мы ехали, коротая время за негромким разговором, сводившимся к наблюдениям за однообразным ландшафтом и комментариям к оному. Беседовали вполне доброжелательно. Во всяком случае, придержать коней, спешиться и подраться часов до шести никто вслух не предложил. Или Киз просто устал спорить, сражаться с ветряными мельницами и выказывать активное недоверие к моей скромной персоне? Беднягу нынче можно было использовать в качестве наглядной иллюстрации к аксиоме: «Ни одно доброе дело не остается безнаказанным». Хотел только по-быстрому выручить брата, а влип в приключения, историю и, я бы даже сказала, в когорту спасителей мира. Сочувствовать вслух не стала, и так понятно, не оценит или, того хуже, сочтет издевательством в особо крупных размерах.

Жеребцы шли почти бок о бок, и я могла, не выворачивая шею штопором, спокойно разглядывать мужчину. Сосредоточенное и самоуглубленное внимание вкупе с предельной собранностью, какой-то слишком глубокой, чтобы она была следствием нескольких дней, полных приключений на Артаксаре, отчетливо читались в Кизе. А может быть, читались лишь мною, ведь после энергетической мясорубки, очистившей трон, мы стали слишком близки, чтобы смотреть и не видеть настоящего, скрытого за повседневной маской.

Я смотрела и видела: свежекоронованный король настроен на битву за свою страну. Эта сторона медали радовала, огорчала другая — после битвы он ничего для себя не планировал, или… я помешкала, подбирая более подходящее сравнение… запрещал планировать. Как будто дальше жизнь заканчивалась, даже если формально и продолжалась.