Рыжая помеха

Не вижу, ощущаю, насколько там все чувствительное и нежное.

Ну я и скот, конечно, тут без вариантов.

— Макс, мы не предохранялись…

Да я в курсе, бляха.

— А что, если…

Встаю, поправляю на Свете блузку, трогаю опять шею, губы, отвожу от виска волосы.

— Если так будет… То будем папой и мамой. Да?

Она всхлипывает, утыкается мне в плечо лбом:

— Господи, Макс… Все слишком… Слишком. И ты бешеный такой, и я тоже… Дура.

— Все не слишком. Все так, как надо. Все правильно.

Обнимаю ее, успокаиваю и реально думаю в этот момент, что все правильно.

Что говорю правду.

Я решу вопрос с работой. С Васильичем. Потом с ее семьей.

И мы будем вместе.

Я так думаю, на полном серьезе.

Наверно тот, кто все всегда слышит, в этот момент дико ржет надо мной.

А потом поворачивает тумблер на точечную раздачу дерьма.

Для одного, особо самонадеянного придурка.

Точечная раздача дерьма

Из подсобки мы с рыжулькой выходим, готовые ко всему. К толпе народа с айфонами наперевес, к скорбным физиономиям преподов во главе с вахтерами и охраной.

Но нас встречает тишина. И пустота.

Оказывается, пока мы занимались друг другом, мир не стоял на месте. И все нормальные люди сейчас делали то, зачем они, собственно, сюда и явились. То есть, учились.

Звонка на пару я не слышал, но это понятно и простительно. В другом месте сильно звенело. Все, нахрен, заглушало.

Оглядываю серьезно потрепанную Светочку, поправляю на ней опять рубашку, жадно целую в губы.

— Все, вечером увидимся.

— Мы не договорили, — напоминает она настойчиво, сразу перевоплощаясь из мягкой Светочки-конфеточки в дочь своего папаши-генерала.

— Ага, договорим, малыш, только ты учти, один раз в пидора я поверю, а вот два или три… Сама понимаешь, у нас не Европа, процент голубизны на метр квадратный не зашкаливает.

— Я тебе правду! И Валя…

— Все, — шлепаю по попке, Светик взвизгивает. Ух, аж руке приятно!

И вообще… Все прям так позитивно.

Вот что секс целебный делает!

Провожаю взглядом шикарную амплитуду рыжулькиных бедер, выдыхаю… И топаю на выход. Срочно требуется подышать и, возможно, покурить, хотя не стоит опять привыкать.

Значит, подышать.

Выдохнуть.

Чего-то ты, Макс, совсем меру потерял… Заниматься сексом прямо посреди белого дня, в подсобке без замков на двери…

Да еще и Светочку-конфеточку подставлять… Мозги надо срочно возвращать на место, выстраивать хоть какую-то, мало-мальскую стратегию.

А то на волне послесексового кайфа легко планы наполеоновские строятся, а стоит чуть подумать… И все ой, как непросто.

Звонок с незнакомого номера застает меня уже на крыльце, как раз на моменте размышлений о том, как буду от Васильича отбояриваться. И даже не столько от Васильича, сколько от его намерений использовать меня в качестве засланного казачка еще пару лет.