Рыжая помеха

Ну вот как тут удержаться?

Тонкая шейка, золотистый пушок на коже, трогательные позвонки… Облизать каждый просто необходимо. Прямо снизу.

От ямочек красивых, сексуальных, над ягодицами. Выгибает попку, дышит прерывисто, постанывает.

Отзывчивая какая. Неправильная.

Мы спали пару часов, может, чуть больше.

Сгоняли в душ и вырубились на ее огромной мягкой кровати.

А сейчас в окна заглядывает слабое подобие рассвета, или что там у нас вместо рассвета в сентябре?

Еще солнце не встало, комната в полумраке.

И лежащая передо мной рыжулька смотрится нежной алебастровой статуэткой, невероятно хрупкой и нереально красивой.

Ее страшно касаться. Но очень хочется.

На самом деле, я не планировал ее больше трогать. Ну не дурак же. И реалист. Девчонка только-только перестала быть целкой, у нее там все больно, наверняка. А я еще и нихера не маленький. Шутка ли, такую дубину — да в живого человека… Да в первый раз. Удивительно, что ей понравилось. Невозможно.

Так что я хотел свалить по-тихому, когда заснет.

Ну а чего?

Не объясняться же с ней? О чем? Рассказывать, какого хера я все же приперся, о чем говорил с Красом, и зачем я вообще с ним об этом говорил… Интересуюсь этой темой? И все, привет тебе раскрытие агента. Васильич порвет.

А так… Ну мудак, да. Но мне не привыкать.

У нас все было по согласию, и есть у меня мысль, что именно мой член Светочке и нужен был сегодня. А вот все остальное — вряд ли. Не верю я, что рыжулька в меня влюблена до потери пульса и теперь жениться заставит.

Не то, чтоб я был бы сильно против, хотя генерал ФСБ в качестве тестя — это вполне заслуженная кара за мою жизнь разгульную, но все же надо хоть немного реальность осознавать.

Такая девочка, как Светочка, вряд ли хочет от меня что-либо серьёзнее необременительного траха.

Она его получила. Кайфанула даже.

На этом все? Да?

Мысль неприятная, но вполне логичная. Правильная.

Потому намерение мое свалить, пока принцесса спит, тоже было правильным. Вот только невыполнимым.

Потому что в душе мы со Светочкой не только помылись, конечно."

"У нее очень сладкие губки, они роскошно смотрелись на моем члене. А сама она была невозможно вкусной, когда кончала от моего языка.

Короче, мы выползли из душа и свалились спать.

И я позорно вырубился. Не, нихера не разведчик. Васильич прав…

И вот теперь, стоило пошевелиться, как рыжулька закатилась мне под бок, мешая спустить ноги на пол…

А потом я уже и сам этого не захотел делать.

Светочка лежит передо мной, тонкая, неожиданно фигуристая, в пышной оттопыренной попкой, извивающаяся, как кошка в охоте. И мурлычет: «Макс, Макс, Макс…».