Рыжая помеха

Овца рыжая!

Как в универ в полном прикиде ходить, что на сраной козе не подъедешь, так это всегда пожалуйста!

А тут вырядилась ребенком!

— Бери! — командует Сеня, рывком поднимая утырка Шепелявого, еле переставляющего ноги и что-то бормочущего беззубой пастью.

Ох, тебе на зоне обрадуются! Даже готовить не надо! Уже все, как надо!

Мстительно хмыкаю, и — куда деваться? — подхватываю с пола рыжую помеху.

Она сдавленно выдыхает, таращит на меня полные ужаса и слез глаза, кривит красивые губки.

— Отпусти меня! Слышишь, тварь! Отпусти! — шипит, дергаясь, но я аккуратно перехватываю ее локтем поперек горла, прижимаю к себе спиной.

От нее вкусно пахнет. От нее всегда вкусно пахнет.

И у меня, несмотря на дикость ситуации, встает.

У меня всегда на нее встает.

Рефлекс уже выработался, бляха муха.

Она чувствует задницей мой стояк и испуганно замирает.

А я мстительно прижимаюсь сильнее. Не хочу напугать, но черт… Сама виновата. Надо на пары ходить, а не прогуливать.

Сеня подходит к нам и сует рыжей в руки ргдшку!

Да что за!..

Я молчу, только неосознанно сильнее сжимаю ее за шею, словно хочу уберечь.

— Держи, сучка, и крепче! Вот тут зажимай.

И выдергивает, скот, чеку!

У меня внутри все леденеет от страха за эту рыжую дурочку.

Уже не думаю о том, что пропалюсь, хриплю ей на ухо:

— Держи, рыжая. Держи.

И она дергается всем телом. Отчетливо. Знакомо.

Дежавю, бляха муха!

Мы с ней так уже стояли когда-то. Вот только ситуация была другой. Получше.

— И молчи, бля… — добавляю на тот случай, если вдруг решит меня узнать.

Она каменеет, вытягивается стрункой, пальцы стискивают гранату.

Держи, дурочка ты моя рыжая. Держи… Ну кто ж знал…

Ох и вперся я. И тебя впер.

Надо выбираться теперь. И мне без тебя никак. Да и не надо мне.

Без тебя.

Снова в шко… То есть, в универ!

Я никогда не учился в универе. Не случилось как-то.

Планировал после школы, но…

Случилась та гонка, я выиграл.

Загулял, естественно, в компании с двумя веселыми девчонками. А проснулся уже в другой компании.

В полиции. И два года — как в страшном дурном сне…

Ну да ладно, чего вспоминать.

Но вообще, жизнь — та еще шутница.

Хотел ты, Макс, учиться, получать образование высшее — на тебе.

Спустя семь лет оно особенно актуально, ага.

Да и не на юридический я хотел… И вообще… Надо бы на первый курс, хоть и смешно я там буду смотреться.

Но тут мне выбора не предоставили. Бери, Курагин, что дают, и не выделывайся.

А потому я переживаю.

И даже больше, чем первый раз в первый класс. Тогда хоть мама за руку держала. И сестренка, коза мелкая, прыгала вокруг. Банты у нее на голове были, помню, огромные. Очень хотелось дернуть за один, развязать…

Но мама, зная мой проказливый характер, это дело четко пресекала.