Рыжая помеха

Мой Витя… Он все-таки еще маленький. А в тебе прямо чувствуется правильный подход к делу… В тюрьме сложно пришлось?

Перемена темы немного напрягает. Это с чего бы интерес?

— Как и всем, — коротко отвечаю.

— Ну… У тебя есть кое-что, что могло смягчить срок пребывания… Сделать его проще…

— Это вы о чем?

Черт… Неужели узнал про мои драки на зоне? Так я, наоборот, от звонка до звонка, потому что в карцере половину срока…

— Ты — красивый парень… Это во многих ситуациях плюс…

А-а-а, бля!

Все же не просто так он на меня пялится все это время! Шары подкатывает, сука!

— Не плюс, господин депутат, — усмехаюсь злобно, смотрю тоже злобно. Ну не могу ничего с собой поделать. Противный толстый урод, который думает, что он — пуп Земли. Ненавижу таких!

— Ну, по всякому может быть… Ладно, дела завершили… В баньку?

Ага, разбежался, бля.

— Нет, у меня еще дела.

— Ну ладно, будь осторожен на дороге, мальчик…

Торопливо сбегаю с крыльца, прыгаю на дукати, газую.

Противно так все, словно говна нажрался. Нет, не хочу я с такими тварями пересекаться, вообще не хочу. Потом хер отмоешься.

Выворачиваю в город, торможу у какой-то придорожной забегаловки, где обычно дальнобои тусят.

Щелкаю наушником.

— Первый-первый, я второй!

— Наглый ты все-таки щенок, — скрипит Васильич, — сколько раз говорил тебе, не ерничай.

— Все норм? Записалось?

— Да. Теперь только в лабораторию скатаешься, на всякий случай. И будем брать всех сразу.

— Ага.

— Пока свободен.

— Понял.

— Про разговор наш помни.

— Помню.

Беру себе пива, сажусь в угол замызганной кафешки, блаженно выпиваю сразу половину. Ка-а-айф какой!

Надо еще пойти руки помыть, а то ощущение пакости на пальцах после того, как за руку с этим толстым уродом попрощался.

Ничего. Скоро финал. Скоро.

Светочка, моя сладкая конфеточка… Добраться бы до нее.

Но нельзя. Еще пару дней нельзя.

Мы с ней позавчера попрощались в универе после самого вкусного куни в моей жизни. Прикольно, делал Светику, а кайфанул сам нехило.

Не уверен, что мне удалось ее убедить хоть в чем-то, но по крайней мере, она согласилась подождать. До конца недели. И потом я должен ей рассказать все. Все, что имею право рассказывать.

Пью пиво, прикидываю, как бы технично все же подрулить сегодня к моей конфетке под бочок…

Ну… Какой-то предлог же можно придумать?

А то у меня, как вспомню про нее, член встает и не падает, зараза…

Нервничаю… А у меня и так работа не самая спокойная.

— Макс? Привет, брат!

Поднимаю голову, прикидывая, что у меня еще за родственничек нарисовался внезапно.

Надо мной стоит смутно знакомый высокий чувак, грязноватый и не особо трезвый.

— Я — Сеня! Помнишь? Мы в КПЗ вместе сидели!

Черт… Точно. Тот разговорчивый дурачок.

— А, да, привет.