Рыжая

К словесной форме подключились движения и мимика.

– Нет, нет, не так, – прервала Ирина Ратаю (где-то в середине процесса они успели перезнакомиться). – Сначала нужно сделать так, чтобы верхняя перекладина держалась устойчиво, – пояснила она, а потом покачала воткнутые в землю палки. – Иначе все рухнет.

Ратая – совсем еще молодая ящерка – понятливо покивала, а потом подхватила лежащий неподалеку камень и принялась стучать по палкам сверху, вбивая их глубже в землю. Другие женщины охотно повторили за ней.

Ирина не узнавала, зачем им всем шалаши, если они прежде никогда не нуждались в укрытиях от дождя, но отказывать в помощи не собиралась.

Через некоторое время к ним присоединилось несколько ящеров. Они все представились, правда, Ира не запомнила большинство имен. Слишком они были для нее необычными.

Один из решивших помогать им ящеров был очень стар. Его звали Додлог. Он говорил медленно и степенно, смотрел на Иру с любопытством, но добродушно.

– Зачем они? – спросил Додлог. – Есть ведь деревья. Они всегда скроют.

– Плохо, – Ира покачала головой, а потом начала разъяснять свою точку зрения, особенно упирая на то, что кроны деревьев не полностью укрывают от дождя, а иногда с неба бьет молния, способная убить мгновенно.

Додлог не был полностью убежден. Ничего удивительного. Пожилые люди не очень любят перемены. Зато молодым ящеркам явно понравилась задумка. Они довольно ловко для первого раза строили шалаши. Если у кого-то что-то не получалось, то остальные помогали или просили Иру объяснить еще раз.

Вскоре на краю лагеря образовался небольшой «палаточный городок». Ящерки были довольны. Они весело переговаривались, смеялись, то и дело влезая в шалаши и вылезая обратно.

Ирина подозревала, что для них это не более чем забава, но была уверена – стоит им ощутить преимущества на себе, как они в дальнейшем сами будут строить шалаши, забыв о том, что дождь можно переждать на дереве.

Кто-то там, наверху, явно желал помочь Ире приучить местных ящеров к более цивилизованной жизни. Ночью разразилась такая сильная гроза со штормом, что находиться снаружи было крайне неприятно.

Слушая завывание ветра, шум ливня и периодически оглушающий гром, Ирина хвалила себя за предусмотрительность.

В самом начале она строила свои укрытия, не особо усердствуя, но с каждым разом добавляла новых деталей для укрепления конструкции."

"И сейчас, прижимая к себе встревоженного Ра, она ощущала, что настал момент триумфа. Шалаш под напором ветра и дождя дрожал и качался, но оставался на месте. Внутрь не попало ни капли, хотя Ира могла представить, какой ад творился снаружи.

Вспомнив о ящерах, лишенных укрытия, она вздрогнула всем телом.