Рыжая бестия «взрывная смесь» (СИ)

Его серые радужки поменяли цвет. И теперь зрачки почти перекрывали смесь насыщенного голубого и серого оттенков. Я ещё не встречала людей, чтобы эмоции влияли на окраску радужки.

— Первое правило, малышка.. — соприкасаясь лбом с моим, смотрел в упор на меня. — ты забываешь о новых поисках работы и продолжаешь работать на меня…

Если он и дальше так будет подавлять меня своей личностью с запредельной аурой, своей волей — моя забьётся в дальний угол. Сейчас я не могу позволить себе сдаться его власти. Я должна удостовериться в искренности его поступков, в том, что я не очередная «прочитанная книга».

— Кирилл… — мне пришлось прошептать, так как голос предательски потух. Его палец прикрыл мне рот, давая понять, что моего мнения пока не спрашивают.

— Второе… ты соблюдаешь нормы стиля в одежде. эти твои принты. красноречивые послания. оставь для уикендов, малыш…иначе я сам тебя буду переодевать по утрам в своём кабинете. при этом вносить приятные элементы к утреннему сексу…

— А кто переодевается там сейчас? — все таки успела задать вопрос, воспользовавшись его замешательством, когда мои руки на пару сантиметров погрузились под пояс брюк, пробираясь к его заднице. Он среагировал так быстро, что я не успела моргнуть. Схватив мои запястья, поднял у меня над головой и зафиксировал, прижав к стене. При этом моя футболка задралась так, что открыла вид на плоский живот с пирсингом. Оценив мой пупок с блестящим камушком внутри, мгновенно облизал свои губы и прикусил себе нижнюю, пытаясь подавить рвущуюся наружу страсть.

— Черт! Мандаринка!… — зарычав над ухом, ещё сильнее навалился на меня, прижимая каменным торсом к стене, что вдохнуть воздух становится почти нереально. — лучше держи свои руки при себе…Третье правило, Катя — не пытайся довести мужчину до… пика сумасшествия, если не намеренна вступать с ним в половую связь…

Его губы впились в мои до сладкой боли…кусали их…теперь он не сдерживал поцелуй. Ярость и сила была вложена в него без остатка. Грубый, властный…Какую бурю страстной борьбы поднял при столкновении ртов, словами не описать. Наши губы приобрели жар и упругость, рождали звериную страсть. Его твёрдый язык напористо спорил с моим. Сладость…адреналин…сумасшествие…всё смешалось… доводилось до точки кипения…

Кирилл отстранился первым. Я переводила дыхание и пыталась утихомирить стук сердца, но всё безрезультатно!…Он тоже тяжело дышал..

— Соглашайся стать моей, Катерина… — хриплое рычание ворвалось в помутненную голову. — Я почти на грани…малышка… если откажешь, возьму прямо здесь и спрашивать твоего разрешения больше не стану…

От одного поцелуя душу рвало на части. Это было… так…захватывающе…крышесносно! Он… как-будто всё рассчитал. Предельная точность.