Рывок к звездам

Наверняка в их головах мелькнула безумная надежда, что их больного ребенка собираются излечить при помощи каких-то высоких технологий будущего… Очень осторожно, подбирая слова, Шевцов, поддерживаемый Ираидой Леонардовной, объяснял, для чего нам понадобилась их слабоумная дочь – поняв, что излечить ее невозможно, супруги явно расстроились, они бледнели, переглядывались между собой, потирали лоб, тяжело вздыхали… Я смотрела на девушку. С развитой фигурой, белой кожей, светлыми кудрями, она была похожа на дорогую фарфоровую куклу – настолько пустым и ничего не выражающим был взгляд ее водянисто-голубых глаз, обрамленных пышными рыжеватыми ресницами. Она слегка сутулилась и бессмысленно улыбалась, а с уголка ее приоткрытого рта стекала слюна. Мне было до слез жаль ее, и я очень хотела, чтобы родители согласились на чипирование… Без их согласия мы ничего не могли сделать. Правда, меня беспокоил один нюанс… Мы не могли напрямую сказать родителям Ольги, что в первую очередь заботимся о нашей Лиут и ее желании испытать человеческие ощущения, и не абы какие, а в первую очередь сексуальные. Не скажешь же им: «Мы решили подселить в тело вашей дочери чужой разум, принадлежащий существу, не имеющему тела, для того, чтобы это существо могло узнать, что такое интимные отношения между мужчиной и женщиной». Мда, наша задача носила весьма щекотливый характер (в смысле морально-этического аспекта), но вообще-то я считала, что чипирование пойдет на пользу обеим. Однако в глазах родителей это могло иметь совсем другой оттенок. Они могли счесть нас жуткими извращенцами, ставящими циничный эксперимент над их больной дочерью… И потому я с волнением наблюдала за Шевцовым и Ираидой Леонардовной, которые очень тактично посвящали Колоковцевых в суть того, что произойдет с их Ольгой после чипирования. Они говорили, что та станет личностью, способной принимать решения и совершать осознанные поступки.

– Но это будет уже не наша дочь! – истерически воскликнула мать девушки. – Я не согласна!

– Успокойся, дорогая… – Супруг нежно приобнял ее за плечи. – Может быть, лучше так, чем как сейчас?

– Ээ… позвольте объяснить… – вмешалась Ираида Леонардовна, бросив быстрый взгляд на Шевцова. – Личность вашей дочери, точнее, ее зачаток, никуда не денется, наоборот, будет развиваться и обретать способность к самовыражению. Это будет… как бы вам сказать… некоторый симбиоз. Они будут словно сиамские близнецы, которые срослись не телами, но душами. Эмоциональные реакции у девочки будут такими, какие должны быть именно у вашей дочери, и как раз реципиент будет подстраивать под них свою психику, а не наоборот.