Рыцарь умер дважды

Я не сопротивляюсь, касание скорее успокаивает, даже удивительно, как Чуткое Сердце так действует на людей. Подбирая слова, она начинает:

— Я ничем не смогу помочь, — шепчу одними губами. — Я… прости, я…

Я не Джейн. И никогда не стану Жанной — Исчезающим Рыцарем. Почему-то наворачиваются слезы, и я начинаю быстро-быстро моргать. Цьяши презрительно сопит, Кьори сжимает мою руку крепче.

— Знаю. — Тон по-прежнему мягок. — Знаю очень хорошо. Именно поэтому никто тебя не задержит силой; как Цьяши и сказала, мы тебя проводим, и дальше ты сможешь все забыть, как сон, в конце концов, это не твоя жизнь.

«Наши беды. Не твои». Я продолжаю яростно моргать.

— Но нам нужен совет, что делать без вас. Одно… существо может его дать. И будет лучше, если он увидит тебя и от тебя услышит весть о Джейн. Он, к сожалению, не может прийти, он вообще не может ходить. По сути, он…

— Живой мертвец? — угадываю я, вспомнив слова Цьяши. Боль искажает тонкое лицо Кьори.

— Примерно так. Не совсем. Я могу рассказать тебе по пути, если ты…

— Я боюсь, — тихо признаюсь я. — Я очень боюсь, Кьори.

— А кто мел языком, что его уже «вряд ли что-то напугает»? — издевательски передразнивает Цьяши. — Тьфу!

— Я боюсь, — глухо повторяю я, заставляя себя пропустить насмешку мимо ушей. — Но не сказала, что не пойду. Если это вам поможет, этого наверняка хотела бы Джейн.

— Поможет, — благодарно шепчет Кьори. — Поможет, он всегда помогает, с самого начала, и он не забудет твоей доброты.

Я снова киваю, слышу слабый радостный возглас и сажусь совсем прямо. Тело отзывается болью, но потерпеть можно. А вот выпутывание листвы, насекомых и земляных комьев из волос куда неприятнее. Погружаясь в это методичное занятие, я спрашиваю:

— А все же кто он? Этот мудрый советчик?

Кьори, поднявшаяся на ноги, смотрит вверх, будто хочет найти зеленое небо; может, и вправду хочет. Наконец, обернувшись, она отвечает:

Цьяши, пинающая какой-то обломок дерева, бесцеремонно влезает с пояснением, простым и максимально лаконичным:

— А она — его жрица. Жрица и заклинательница змей. Для всех — Змеиная жрица. Так что, ты долго собралась тут чесаться? Пошли!

— Знатные железки. Разжилась бы такими и… ух!

— Сюда… — Чуткое Сердце показывает очередной скрытый в зарослях, невидимый глазу поворот. — Нет, нет, левее! Ох, Цьяши, пожалуйста, осторожнее! Не руби лишнего, им больно!

Убежище повстанцев — точнее, множество убежищ, целый подземный мирок, — надежно спрятано за обманчиво непролазными буреломами. Впрочем, Агир-Шуакк настолько утопает в джунглях, что куда больше этой дикости меня удивляет существование здесь цивилизованного поселения — Черного Форта, по описанию напоминающего город.