Рыцарь нашего времени

И сейчас тоже!

— Ты на себя давно в зеркало смотрел? Серый цвет лица, одышка, мышцы никакие, опухший какой-то. Просто красавец! — ехидничала Ирина.

— Какая же ты. На себя посмотри! — огрызнулся я.

— Я готова. Что во мне не так? — она встала с моего кожаного дивана и подошла ко мне, уперла руки в боки и с любопытством всмотрелась в мое лицо. — Я вынесу любую правду.

— У тебя. Ты слишком бледная.

— Загорю.

— И тонус мышц тоже никакой."

"— Потому что после аварии я не могла бегать. Ладно, теперь будем вместе бегать, — заверила она меня. — Что-то еще? Какие еще будут пожелания? То, что я рыжая, устраивает?

— Мне нравится, что ты рыженькая. Я все время мечтал увидеть тебя в ирландском килте. Можно, ты его наденешь для меня? Один раз, не больше. Ну, пожалуйста! Я же готов ради тебя на все, неужели ты пожалеешь для меня такую малость!

— Вот идиот! — расхохоталась Ирина. — Ничего я не стану надевать.

— Я тоже могу надеть килт, если хочешь, чтобы тебе не было обидно! Только не думаю, что на мне он будет смотреться так же эффектно. Тут, понимаешь, все дело в цвете волос. Посмотри на меня, разве во мне есть хоть что-то ирландское? Впрочем, если это — твоя фантазия, я ее исполню! — совершенно серьезно пробормотал я, а она только прыснула еще пуще.

— У меня другая фантазия.

— Какая же? Имей в виду, краситься и надевать колготки я не стану. Это выше моих сил!

— Это почему?

— Потому что это отвратительно — мужчина в колготках, — я фыркнул и поморщился. — Б-р-р!

— Знаешь, что на самом деле отвратительно? Это вот твоя манера смотреть на женщин, как на товар! Вес, длина, цвет! Ужас! Я же человек!

— Мой любимый цвет, мой любимый размер! — усмехнулся я.

— Значит, рыженьких любишь? — она фыркнула и развернулась, направляясь в кухню. Я вздохнул и подошел к стенному шкафу с зеркалом. Правда заключалась в том, что Ира выглядела прекрасно. Даже несмотря на аварию и на то, что у нее в походке еще осталась легкая хромота, она выглядела молодой и свежей, и ее зеленые глаза по-прежнему сияли, а ноги оставались стройными, кожа — нежной, поцелуи — страстными, губы — притягивающими взгляд. Мне нравилось в ней буквально все, но не говорить же ей об этом. Еще припишет мне бог весть какие качества, решит, что я ее люблю, к примеру. А я все еще ждал момента, когда смогу подхватить ее на руки и уложить в свою постель. И теперь получалось, что для достижения этого мне пришлось бросить пить и курить.

Помимо родных, на мой день рождения приехал один мой старый друг, Женька, с которым мы вместе учились в институте. Он случайно позвонил мне накануне, и я зачем-то его пригласил, хотя мы и не были особенно близки. Так, общее институтское прошлое, женские общаги и бильярдные клубы, списанные на двоих лекции.