Рыцарь уполномоченный. Книга 1. Опер с большой дороги

И если вы думаете, что легко тушу, закованную в железо, посадить в седло – попробуйте сами! Дрон взял лошадь рыцаря под уздцы и потопал к нашей избушке, которая находилась милях в двадцати отсюда. А мы с Хмылом приступили к обыску. И тут уже своему помощнику-прохвосту я не уступал. После пары сотен обысков, когда спрятанное находишь в детских игрушках, под полом, в нужнике и других самых неожиданных местах, появляется чуйка. Вот эта чуйка и заставила меня внимательно досматривать шалаши разбойников, а после и местность вокруг их лагеря. Через час мы нарыли (в прямом смысле этого слова, так как прятали сокровища бандосы в основном под землёй) кучу ювелирных украшений. Более двухсот золотых песет. Пару сотен серебряных реалов. И два кувшина с медными сантимами. Их даже считать не стали.

– Вот это улов, ваше сиятельство, – шептал блаженно Хмыл, перегружая песеты с реалами в седельные сумки. – Как вы рассчитали-то всё!

Я в это время аккуратно собирал ювелирные украшения в мешочек, которые здесь были в ходу вместо кошелька, и подмигнул Коротышу:

– Держись меня, Хмыл, и будет тебе счастье!

– Буду держаться, сэр Опер, – немного заискивающе произнёс разбойник.

После того, как мы упаковали экспроприированное у разбойников добро, настал черёд допрашивать пленников. С Хмылом мы взяли первого, связанного по рукам и ногам бандита, и понесли с полянки. Такие допросы лучше проводить индивидуально. Вместе они включат «несознанку». Знаем, плавали. Отнесли гражданина подальше, вынули кляп изо рта. Оттуда пахнуло, как из винной бочки, где мышь сдохла. Я поморщился недовольно и сказал:

– Я говорю, ты отвечаешь. Понял?

Разбойник испуганно кивнул. Я сел поудобнее и спросил:

– Имя? Прозвище?

– Гурт. Вялый.

– Как давно с Робом?

– С самого начала, почитай, – проскрипел убивец.

– Если расскажешь всё без утайки, то умрёшь быстро и безболезненно. Отпустить тебя, сам понимаешь, я не могу. Но быстро умереть вместо того, чтобы свариться в котле или быть четвертованным – лучшая участь. Согласен?

Разбойник ещё раз кивнул, сглотнул нервно и заговорил. Спустя час мы свалили тела погибших в кучу, голову Роба засунули в мешок, и, прицепив к седлу одного из коней ещё один мешочек с пятьюстами песетами, тронулись к своему пристанищу…

Глава 7"

"На лошадях я не умел ездить совсем. Не, я видел лошадок и даже пони в городском парке. И даже иногда мелькала мысль – а не прокатиться ли? Но так как человек я непьющий, то мысль эта пропадала, не успев оформиться. А тут понял, что если уж лошадь является основным и главным средством передвижения – хочешь, не хочешь, а учиться нужно. Рырыцарю объяснил, что в моей местности, глубоко лесистой и болотистой, лошадок не было, потому процедуру езды надо изучать с нуля.