Рыцарь

 — Дело совсем не в этом! Попросту Летиция — само воплощенное зло! Я же тебе говорила, что она намерена сделать! Ну, женись на какой-нибудь другой женщине!

Грустно улыбнувшись на это, Николас спросил:

— Да разве ты позволила бы мне взять в жены другую? Касаться ее? Неужто впрямь согласилась бы отойти в сторонку и так жить до конца дней твоих и моих?"

"Дуглесс сглотнула стоявший в горле комок. В самом деле, смогла бы она находиться с ним в одном доме, если бы он жил с другой? И что бы она стала делать — выступать в роли незамужней тетушки детей Николаса? И что чувствовала бы, если бы каждую ночь он отправлялся в постель с другой? И сколь долго он продолжал бы любить ее, если бы не мог к ней прикасаться? И вообще, хватило бы у них сил любить лишь платонически?!

— Не знаю, — тихо ответила она. — Да, я не знаю, смогла ли бы видеть тебя с другой женщиной! О, Николас, Николас, я просто не знаю, что и делать!

Николас сел рядом и, крепко обняв ее, сказал:

— Я не пойду на риск потерять тебя даже ради сотни таких, как Летиция! Ты — все для меня! Сам Господь Бог направил тебя ко мне, и я не намерен тебя отпускать!

Он распахнул полу халата и положил ее голову себе на грудь. Глаза ее наполнились слезами.

— Мне страшно, — прошептала она. — Эта Летиция…

— Ой, ну, самая обычная женщина, не более и не менее! И нет у нее ни слишком большого ума, ни каких-либо чудодейственных амулетов, гарантирующих ей власть. Если ты будешь рядом со мной, она не сможет причинить вреда ни мне, ни моему семейству.

— Рядом с тобой? — переспросила она, ласково проведя пальцами по его груди. — Думаешь, я могла бы находиться рядом и не касаться тебя?

Отстраняя ее трепещущие пальцы, он спросил:

— А ты уверена, что должна будешь вернуться, если я…

— Да, — твердо произнесла она. — Уверена. Сжимая ее пальцы, он глядел на них так, как голодный смотрит на пиршественный стол.

— Значит, мы многого лишимся, если хоть разок попробуем, да?!

— Да, — печально отозвалась она. — Многого, очень и очень многого!

Отпустив ее руку, он сказал:

— Тогда уходи: я все-таки мужчина и не вынесу такого искушения!

Дуглесс и сама знала, что ей следует уйти, но она все медлила и снова попыталась положить ладонь на грудь Николаса.

— Уходи же! — повелительно выкрикнул он.

Она скатилась с кровати и выбежала из спальни. Примчавшись в комнату Гонории, она скользнула в постель, но уснуть не могла.

Итак, завтра мужчина, которого она любит, который значит для нее так много, что даже время не в силах их разлучить! — уезжает, чтобы жениться на другой! Что же будет делать Дуглесс, когда Николас привезет сюда свою красавицу жену? Уже за одно то, что все только и говорили о красоте Летиции, Дуглесс могла ее возненавидеть.