Рыцарь

Уперев руки в бока, Дуглесс громко сказала:

— Так я смею надеяться, что вы вернете мне мою собственность?!

— Прочь поди! Убирайся прочь, ты! — вскричала тут одна из женщин, и Дуглесс сейчас же заметила, что во рту у нее недостает трех верхних резцов, а два нижних — гнилые!"

"Только теперь она, кажется, начала-таки понимать, что с ней происходит. Она внимательнее поглядела на хижину перед собой, на поленницы дров, на связки лука, свисающие из под крыш, на всю эту грязь, на повозки и на людей, которые, вероятно, никогда и не слыхивали о существовании зубных врачей!

— А кто ваша королева? — шепотом спросила Дуглесс.

— Елизавета, — ответила одна из женщин с каким-то странным выговором.

— Верно! — прошептала Дуглесс. — А как зовут мать королевы?

— Ее зовут Анна Болейн, ведьма! — крикнула та. Женщины стали окружать ее, но Дуглесс была слишком потрясена, чтобы заметить это. Вот и Николас сказал, что «сегодня поутру был год тысяча пятьсот шестидесятый», а затем умчался прочь на лошади со странным седлом! Он явно не испытывал растерянности или неуверенности по поводу того, куда скакать! То есть вел себя совсем не так, как в первый раз, когда оказался в двадцатом столетии, — напротив, он действовал так, как если бы был у себя дома!

— Ой-ой! — взвыла Дуглесс, потому что одна из женщин с силой дернула ее за волосы.

— Ты, видно, ведьма, да? — спросила ее та, что стояла рядом с нею.

Внезапно Дуглесс почувствовала страх: одно дело, находясь в двадцатом столетии, смеяться над мужчиной, который называет тебя ведьмой, но совсем другое — пребывать в шестнадцатом веке, когда людей, уличенных в ведовстве, просто сжигали на кострах!

— Ну, разумеется, никакая я не ведьма! — ответила Дуглесс, отступая, но за спиной у нее оказалась еще женщина. Потянув Дуглесс за рукав, она вскричала:

— На ней одежды ведьмы!

— Нет-нет, конечно же, это не так! — взволнованно забормотала Дуглесс. — Просто… просто я… я живу в другой деревне, вот и все! А на следующий год вы все станете носить то же самое! — Она не могла двинуться ни вперед, ни назад, так как женщины окружили ее и загородили дорогу. Ну же, Дуглесс, — мысленно приказала она самой себе, — давай, шевели мозгами, а не то нынче же вечером вполне можешь превратиться в этакий прожаренный кусок барбекю! Не спуская с женщин глаз, она сунула руку в сумку и принялась рыться в ней, словно разыскивая что-то, а что — и сама не знала. Тут пальцы ее нащупали коробок со спичками, который она случайно прихватила в одной из гостиниц.

Вытащив из сумки коробок, она извлекла из него спичку и зажгла. Женщины, открыв от изумления рты, отшатнулись от иге.

— Всем — в дом! — распорядилась Дуглесс, держа горящую спичку в вытянутой руке.