Рыцарь ордена НКВД

Разбил самолет, вредитель, думаешь тут в гипсе отсидеться? Отвечать кто будет? — Ясный кинул взгляд на Крно и подозрительно осведомился: — А вы кто?

— Да никто. Просто пришел навестить знакомого. — По-русски секретарь посольства говорил без акцента.

— Что, и паспорт у вас есть?

— В гостинице. Я приезжий.

— Тогда задержим как беспаспортного. — Ясный кивнул сотруднику: — Звони в отделение. Пусть машину присылают. У нас тут два задержанных.

— Вы что, мне не верите? — Крно начал бледнеть.

— Какой-то вы непонятный товарищ, — покачал головой Ясный и отдал команду: — Обыскать.

Оперативники начали к нему подходить. И тут нервы дипломата не выдержали. Он стал брыкаться, но, получив увесистую затрещину, сразу сник.

Интереснее всего, где у него часы?

— О как, — удивился Ясный, когда с дипломата сняли пиджак.

Талия словака была обернута кожаным патронташем, в котором лежали обещанные две сотни импортных часов.

— И что же это такое? — прищурился Ясный.

— Да так, знакомые просили передать, — пролепетал словак. — Вообще вы не имеете права меня обыскивать!

— А кто вы такой важный?

— Я дипломат. У меня дипломатическая неприкосновенность! — От отчаяния Крно решил наглеть.

— А, это другое дело, — начальник немецкого отделения подошел к телефону. Набрал хорошо знакомый Крно номер МИДа — на том конце провода сидел проинструктированный сотрудник НКВД: — Это с уголовного розыска. Мы тут дипломата задержали. Вор и спекулянт.

Неожиданно Крно подскочил к Ясному, хлопнул рукой по рычажку телефона и начал вырывать трубку, потеряв остатки самоконтроля. Его била дрожь. Глаза затравленные.

— Слушайте, что вы делаете? Моя обязанность — вызвать представителей МИДа, — возмутился Ясный.

А советник вцепился в трубку рукой и не отдавал ее.

— Может, как-то договоримся? — проблеял он жалобно.

Ясный кивнул оперативникам:

— Пойдите, товарищи, покурите.

Когда комната опустела, он посмотрел внимательно на советника и спросил:

— Ну и чего ты хочешь, дипломат?

— Давайте прекратим это дело.

— Такие дела не прекращают.

— Но я же вижу, вам что-то надо.

— Надо… Я из контрразведки. И мы вполне можем найти общий язык, как культурные люди.

— Вы что, меня вербуете?

— Можно и так сказать.

Некоторое время словак пыхтел, потел. А Ясный тем временем излагал его незавидное будущее. Говорил про дипломатический скандал. Про то, что фотографии его задержания облетят все газеты. Ну ладно, спекуляция и нарушение правил пребывания — это максимум выдворение со скандалом из страны. Но вот то, что он, сотрудничая с немецкой разведкой, долгое время встречался с сотрудником НКВД, да еще и выдал ему немало информации за разговорами, — это уже виселицей пахнет. Германия воевала и с предателями не церемонилась.