Рыцарь нашего времени

К сожалению, анализы и обследования пока что на ее стороне, все идет правильно и хорошо. Тьфу, тьфу.

Иногда, когда она спит вот так, как сейчас, я смотрю на нее, на ее прекрасное тело, такое молодое и упругое, и пытаюсь представить, что там, внутри нее, там за пупком, за тонкой гибкой талией, живет человек. Совершенно новый, такой, какого никогда раньше не было на этой планете, и он что-то чувствует уже, он уже живет, хотя весь его мир — только теплая, тугая темнота.

Мы ездили с Иринкой делать УЗИ, и выяснилось, что теперь можно получить совершенно фантастически ясную картинку. Даже не картинку — фильм, настоящее «3D», практически подглядеть в странную ультразвуковую замочную скважину за тем, как там поживает человек будущего, отгороженный от реального мира тонкими тканями Иринкиного тела. Он еще не рожден, а мы уже знакомы, и, как сказал врач, этот человек уже многое знает. Он знает, как бьется Ирино сердце, различает вкусы, умеет шевелить пальцами. Он уже помнит наши голоса — мой и Иринкин. Боюсь, что еще он помнит (такое не забудешь) голоса мамы, Светки и Дарьи. Особенно Светки. Ее голоса даже я в детстве боялся. Когда Света громогласно требует у Ирины отчета о самочувствии, ребенок прячется и сидит в своей каморке как мышка. Ни звука, ни движения. Зато при звуках моего голоса он радостно стучит ножкой в Иришкин живот, мы обмениваемся с ним сигналами, как узники соседних камер, такая секретная азбука Морзе. Ребенок."

"Это не просто ребенок — это она. Девочка. Про машинки придется забыть. Ну и ладно. Девочка! Дочка! Ирина не хотела узнавать пол ребенка до рождения, но я настолько сильно волновался, что просто «достал» ее. Я спрашивал ее, не передумала ли она, чуть ли не каждый день, а когда она, смеясь, отвечала, что я ее спрашиваю так часто, что она не успевает в туалет сходить из-за этого, я отстал от нее, но принялся читать какие-то дурацкие сайты, где пол ребенка можно вычислить по приметам, по тому, что ест беременная женщина, как она себя ведет, на каком боку спит и есть ли у нее отек ног.

— Ершов, чего тебе надо? — с подозрением смотрела на меня Иришка, когда я разглядывал ее ноги. — Ты меня пугаешь.

— Ты как думаешь, у тебя живот шарообразный или больше похож на конус? — вопрошал я с загадочным видом.

— Нет, ты ненормальный. Это-то тебе зачем понадобилось? У меня и живота-то пока нет!

— А ноги не болят? А чего больше хочется — сала или пряников? — не отставал я.

— Сала?

— Ну… сала из сои, — поправился я. Иринка расхохоталась и согласилась пойти на крайнюю меру. Так я узнал, что у меня через несколько месяцев будет дочь. У меня будет семья. Это было странно, но уже не пугало. В каком-то смысле я даже начал радоваться этому. У меня, как и у всех других людей, есть семья. Ведь, как ни крути, семья у меня уже есть. Я и Ирина.