Ружемант

И если уж мне так хочется, то могу купить себе наушники и хоть услушаться.

— Чо принес?

Я без слов брякнул на стол перед ней свою добычу.

Блеск сварочных очков, кресло на колесиках, хищность ухмылки — все при Сейрас. Не вставая с кресла, оттолкнулась от наждака, прикатила к рабочему столу.

— Так-так-так, что тут у нас? Ого, где ты отыскал этого мамонта?

— Получится из него что-нибудь сделать? Или починить мою?

В который раз показал ей «Владыку», в который раз она покачала головой.

— Ни, пацанчик, ты же знаешь. — Она замотала головой. — Для легендарных пух мое рыльце в пушку.

— Да я так, ради шутки…

Врал.

Девчонки мне говорили, что Грингра отказывается исключительно потому, что ей неохота возиться. И нужно просто поймать ее в хорошем настроении. Не поймал.

— Есть че еще сказать, пацанчик? Может, затусим к выходным? Угоним тачанку и нахер из части?

— А Бейка?

— Покатится к чертям! — На миг мне показалось, как сквозь линзы очков озорно сверкнули глаза эльфийки.

Отрицательно покачал головой, но улыбнулся. Оба знаем, что мечтать не вредно. Можно затусить, но вот бежать…

Она склонилась над деталью. Не видел, но знал, что сейчас сканирует его своим ИИ. Думает на что пустить.

— Покоцанная что писец. Из своей дробилки шмалял?

Скрывать не стал. Упомянул, что еще и снайперы добавили.

— Писец, короче, хлам. Пацанчик, я тебе как эльф нижерожденному скажу: ничего, кроме пистолета, я из этой шняги вытащить не смогу. Скрещу, конечно, с царенатскими игрушками — глядишь, и выйдет толк…

От пистолетов отказывались, она ждала от меня того же самого. И правда не хотела возиться. Нет уж, остроухая оторва, любишь мужские ласки, люби и поработать ради них.

Пожал плечами.

— Пистолет так пистолет. Когда?

Вздохнула, словно я ей все настроение испортил. Но тут же улыбнулась вновь.

— Послезавтра, ага? И это, пацанчик, помнишь мой завет?

— Что эльфийки на черном ахесе работают? Такое разве забудешь?

— Сечешь фишку, братан! И пусть будет холодненьким, ага?

Она направила на меня указательные пальцы, я кивнул в ответ.

Черным ахесом звалась газировка. Почему ахес и зачем черное — никто не знал и не задавался вопросом. Я решил поступать точно так же.

— До всеобщего подъема осталось пятнадцать минут, — вежливо и ненастойчиво шепнула мне на ухо Ириска.

Первое время я пугался ее внезапности, сейчас уже привык.

Выдохнул. Хотелось снова начать курить. В армии это было единственным способом расслабиться. Здесь выбор был богаче, так что пока держался. Нормальная дыхалка мне еще пригодится.

Рокот, вдруг раздавшийся с улицы, заставил меня в пару шагов выскочить за дверь. Ложная тревога. С нарастающим гулом вдаль уносилась тройка боевых вертолетов.