Ружемант 5 (СИ)

На девичьем оголенном плече — гигантская ссадина. Набухал синяк: уже мертвая сволота лупила от души. Захотелось вмазать по нему еще одной очередью — жаль, что уже мертв…

Чародей-рушинник широко раскрыл глаза от удивления: не ждал, что кто-то посмеет ему мешать.

Бейка силилась вырваться из магических захватов, но те паутиной облегали вновь.

— Сгоришь, — мрачно обещал он ей до моего появления. Зло пнул ногой в спину, на лице застыла жестокая ухмылка. Ему нравилось над ней измываться.

— Я сам, — шепнул Инне, чтобы не лезла, та лишь послушно кивнула в ответ. Спусковой крюк не вовремя решило заклинить. ПП через мгновение разразился последней в своей жизни очередью, прежде чем рассыпался в прах.

— Какого черта? — Маг обернулся на шум, я заскрипел зубами. Чародейский щит принял на себя свинцовый шквал, расплющенные пули градом покатились по земле.

Ждать не стал — выпрыгнул на мерзавца, не давая прийти в себя. Щит на нем или не щит, а вот сбить с ног его возможно. Чем и воспользовался.

Ткнул лбом ему в челюсть — что ударил о стену. Маг ухмыльнулся, неведомой силой смахнул меня прочь, будто игрушку. Инну, вынырнувшую из дыма, подхватил магическим захватом.

— Драная кошка! Я спалю ее на твоих глазах!

— М-мяу! Мр-ряу! — Кошачьи лапы беспомощно месили воздух. Издевался: Инне не хватало сантиметров, чтобы полоснуть по его мерзкой харе. А даже если бы достала…

У меня помутилось перед глазами: боль от попытки выбить поганцу череп путала мысли, не давала думать.

Вместо Бейки увидел желейное чудовище. Оружие из тысячи стволов, десятка прицелов.

Вместо чародея видел изящество снайперской винтовки, легкость пистолета, убойную мощь гранатомета.

Из него можно сделать оружие? Не знал и не думал, но потянулся. Не руками — волей.

— Ты!.. — Всполошенный чародей прищурился, испуганно исторг только одно: — Ты?..

Я набросился на него, словно одичавший зверь. Опомнившийся маг наотмашь стеганул чародейской плетью.

Это он напрасно: я ничего не почувствовал. Прижал его лапами, протащил по полу. Вместо рта у меня полная патронов пасть. Пули зубов вгрызлись в щит: всего лишь шестнадцатый уровень. Как тебе понравится безжалостный выстрел? Тысяча безжалостных выстрелов!

Чародей отчаянно, по-девичьи взвизгнул, когда с хрустом хрупнула магическая защита. Боль ему не нравилась.

— Отвянь! Сгинь! — Какую бы цель ему ни доверили, сейчас он жаждал лишь спасения.

Их восемь. Маленькие, большие. Низкие, высокие. Одухотворенные и не очень.

Глядя на них, чувствовал, как во мне просыпается молодость. Крепкотелые, юные, наивные — каждая из них грезила войной.

Бесконечно глупые, не вняли моим отговорам.

Помню, как кричал, захлебываясь собственной злостью.