Ружемант 5 (СИ)

Ружемант, глядя на меня, ухмыльнулся.

— Хочешь это исправить?

Казалось, он надо мной издевается. Словно после моего ответа хлопнет в ладоши, и мир заиграет новыми красками. Физика откажется подчиняться собственным законам, отменит взрыв.

— Ты спрашивал, для чего я оставлял руж-волны? Что за сообщение, какую награду. Я пытался донести читавшему, что стоит беречь жизни тех, кто тебе дорог. Они пришли умирать, но не хотят умирать. Твоя награда, парень, — это заклинание. Шанс.

— Шанс? — переспросил, ничего не понимая. Ружемант кивнул.

— Шанс. Спаси их, вытащи из бурлящей пожарищем плети корпуса. Сделай то, чего не удалось мне. Шанс…

Он начал таять в воздухе. Я рванул к нему — его объяснения туманны и ничего не говорили.

Поздно: он оставил после себя лишь дымку морозного воздуха. В голове застучал таймер: секунды сменяли одна другую.

Ошалело рванул в душный, еще нагретый салон. Мир понемногу приходил в движение: краем глаза замечал, как Натка сдвинулась. Еще мгновение, ее голова коснетяя угла, услышу мерзкий хруст и…

Схватил ее за руку, потащил на себя: она оказалась до бесконечного легкой, словно пушинка. Вышвырнул ее наружу — безвольной куклой вошла в снег.

Было не до нежностей: Айка отправилась за ней следом. Неумолимый счетчик дурным голосом гоготал в голове: паршивый же предсмертный сон! Но кем буду, если не спасу их хотя бы в нем?

Дольше всего провозился с Белкой — зацепилась одеждой за подлокотник. Затрещала кофточка, торчком стояли замерзшие от холода коричневые соски.

С ней подмышку покинул нутро транспортника. Приземлился наземь — в коленях отдало болью.

Теперь, закрыв глаза, подумал, можно и умирать…

Умирать оказалось рано. Мир побежал дальше своим чередом, словно пытаясь нагнать недавно упущенные мгновение.

Транспортник вспыхнул свечой, грохнул взрывом — жар волной опалил волосы и брови. Подскочив от удара оземь, покатился по мерзлой земле, оставляя за собой металлический лязг отвалившихся обшивки и брони.

Искра скакнула к бензобаку — в небе тут же расцвел огненный цветок. Красиво, ничего не скажешь.

Снег кусал за лицо, неприкрытые руки, красил нос и щеки.

Девчонки — живые и целые — смотрели на случившиеся с широко разинутым ртом. Я все еще пытался понять — сплю или нет?

Ириска отвечала, что я в относительной норме.

— К-как? — дрожа от холода, спросила Белка.

— Давайте выясним это как можно дальше отсюда? Сюда вышлют машину…

— Эт-то же х-х-хор-рошо. — Айка сейчас заикалась больше обычного. — Ув-видят, чт-то эт-то мы, и… отвезут.

Хорошо, если бы так. Но что-то мне подсказывало, что будет иначе. Отправленный за нами отряд в лучшем случае возьмет в плен, в худшем откроет огонь.