Ружемант 5 (СИ)

В будущем здесь обещали открыть Российское посольство.

Чудилось мне, мало кто в самом деле верил в это будущее.

Пожал протянутую мне руку. Айка, Белка и Ната походили на моих телохранительниц.

— Меня зовут Кжель Йовакович. Добро пожаловать в столицу Царената. — Дипломат был менее улыбчив, но учтив. Я с трудом держался от вопроса: сколько представителей иного народа в его личном рабстве. Отогнал злую насмешку надеждами, что я здесь для того, чтобы это прекратить.

Йовакович заговорил вновь, указывая ладонью путь.

— К сожалению, мисс Кьярра сейчас не в состоянии с вами встретиться. Просила войти в положение. Хорошо, что вы прибыли заблаговременно — позвольте провести вас в личные покои? Уверен, будете чувствовать себя в них, как дома…

— Церемония подписания назначена на завтра? — спросил то, что и без того знал. Просто желал удостовериться, что пробуду здесь ровно столько, сколько нужно, ни секундой дольше.

— На полдень. На вашей родине будет два часа дня. — Выжать из Кжеля что-то кроме официоза оказалось невозможно. Человек, состоящий из протокольных улыбок, извинений, комплиментов…

Кивнул, принимая его ответ. Завтрашним вечером надеялся уже отправиться домой.

Гнетущее чувство тревоги не покинуло ни вечером, ни под утро. Перед началом церемонии разыгралась мерзкая головная боль. От волнения и давления, заверила меня Ириска. Даже аватары богов подвержены старению.

Таблетка нимесулида под язык, галстук на шею, во взгляд уверенности. Белка, осмотрев меня с ног до головы, заявила, что отлично выгляжу. Не было причин ей не верить.

Что-то должно было случиться. Неописуемое, необъяснимое, страшное. Мрачно посмотрел на Кжеля — словно подозревал в том, что он сейчас выкрикнет нечто вроде «Царенату слава!» — и рванет чеку лежащей в кармане гранаты.

Коллега отшатнулся, будто убоялся, что я его сейчас удавлю.

— Прошу, следуйте за мной… — У бедолаги от страха дрожал голос. Что ж, волновался он не меньше моего.

Случись что — его карьере конец. На миг задумался, зачем вообще Царенату дипломаты? О чем таком они договариваются с другими? Использовать против них снаряды со скверной или нет?

— Это почти первое перемирие, которое Царенат подписывает за последние сорок лет.

— А каким было первое? И с кем?

Кжель повел плечами, но ответил.

— С Синьилаем. На выгодных для нас условиях пятнадцать лет назад. Но назвать тот договор «перемирием» сложно: не было и намека на войну.

— Потому что от холодной до горячей войны всего шаг. Верно, вы полагаете, что мы только и занимаемся тем, что силой порабощаем чужие народы.

— С нашей стороны трудно мыслить иначе, — ответил ему уклончиво. Жопой чуял — этот хмырь где-то припрятал микрофон.