Ружемант 4 (СИ)

Хорошо, что не стреляли по Зверю Войны.

Расспросов было немного. Бейка услышала пароль, выдала отзыв, обменялись с другим офицером салютами.

Мне на грудь бросилась тяжесть, не сразу признал в ней свою Белочку. Рыжая воительница жива. Обливаясь слезами, пропитывала соленым и без того задубевшую рубаху.

Машины пехоты раскрыли перед нами чрево, предлагая безопасность. Сано тащили на носилках, тщетно пытался высмотреть среди врачей Владу.

Спросил у Белки, где носферату? Она разом сникла, попыталась сдавленно улыбнуться.

— Она была в лагере. Бомбежку видел?

Теперь и у меня ком встал в горле. Неужели она…

Хотелось затрясти головой, швырнуть гадкую мысль прочь. Не может быть, ходили с ней в рейд на бойцов Скарлуччи, прорывались с боем в Вратоград. И вот так?

Не было других слов, сплошной сумбур…

— Ребята говорят, там есть выжившие. Связь с ними сохранилась, но списков никто не составлял. Что она, что другие девчонки не отвечают.

Белка кивнула, на душе стало теплее. Хоть что-то хорошее. Девчонка решила пояснить, как так вышло.

— Как только ваша группа отправилась штурмовать особняк, нас перекинули на другой край. Не знаю, чье решение было, но Берсеркин долго ругался, не хотел. Считал, что отвечает за нас перед Бейкой.

— И чем заниматься приходилось?

— Всяким. Знаешь… кашеварить, перевязывать раненых. Работы на деле много. Было… — сглотнула, добавив последнее слово.

Только сейчас заметил, что она вцепилась в меня, как в последнюю надежду. Будто боялась, что убегу.

Она горько покачала головой, генерала постигла не лучшая участь.

— Его место занял Колесников. Ну тот, который из разведки.

Вспомнил пухленького, малопримечательного мужичка.

— И что он? Велел сворачиваться?

Она вновь затрясла головой.

— Нет. Сказал, держать позиции, перейти в глухую оборону. Наши успехи взял на вооружение сам Император.

— В каком смысле «взял на вооружение»?

— В политическом и… военном. Царенат оказался слабее, чем думали. От простой обороны, обмены любезными ударами перешли к активным действиям. И сметаем. Теперь не Царенат, мы в наступлении. Берсеркин был бы счастлив…

— Про Вербицкого ничего не слыхать?

Белка лишь развела руками в ответ. Велел Ириске проверить последние новости в сети, но той оказалось нечем обрадовать.

Доступ к сети был.К царенатской.

— Разное говорят, Максим… Тут всех слушать ушей не хватит.

— Ладно, это понятно. Какой смысл тогда держаться здесь, стоять в обороне?

— Помощь идет не только к ним. К нам тоже. С правого фланга. Там прорвались, глубоко в царенатский тыл зашли.

— Иди ты… — мир всего за несколько дней резко сменил полярность. Было чему удивиться.