Ружемант 3 (СИ)

— Это что же, весь Царенат живет и держится на свободе рабов? Так получается?

— Экономически — да. Так что захват новых рабов для Царената стоит на первом месте.

— Тогда почему воюют с нами? Не с Китаем?

Я и забыл, Китая-то здесь нет. Сразу же поправился:

— С Синьилаем. Там людей в десятки раз больше, чем во всей Российской Империи.

— Синьилай способен дать по зубам что Царенату, что Российской Империи. А в остальном он выигрывает от конфликта двух держав. Помогает то тем, то другим. Развивается. В последнее время они склоняются на сторону России, но могут быстро поменять мнение. Царенат еще не обнародовал последние постановления и документы, а вот я имела честь видеть. Там…

— Там?.. — подстегнул ее продолжать.

— Они… прозвучит как бред, но ищут возможность путешествия меж мирами. А для работы этих технологий понадобится уйма энергии. А значит, и рабов.

Не ответил, но по спине пробежал холодок. Не хотелось бы, чтобы родной мне мир заполонили раболюбы. Захватчики миров из жутких детских книг.

Прогнал наваждение, покачал головой.

— Мы пришли, — Фелиция остановилась в паре метров от меня, указала рукой на возносящийся короб старой фабрики. Трубы не переставали дымить даже ночью — машинам не требовался отдых.

— И как мы туда попадем? Через парадный ход?

Иронии девчонка не оценила, глянула как на идиота.

— Все проще. Воспользуемся раздолбайством и общей разрухой. Но, сержант, у меня просьба.

Кивнул, давая ей высказаться.

— Никаких ружемантских штучек, хорошо? Не будем расстраивать легенду о твоей смерти.

Выдохнул, но согласился. Вытащил снова сложенный в короб «Моретти». Посмотрим, что у нас там за некромант…

Старая сетка-рабица, многочисленные взоры камер наблюдения. Коснулся ключа во внутреннем кармане, как талисмана, но тут же вспомнил, что от взора телекамер он не спасает.

Способны ли машины понимать то, что видят перед собой на экране? Представил беспилотника-вахтера, стало смешно.

Делиться шуткой с Фелицией не стал.

— Хамелеон-то включи, — посоветовала она, сделав мгновением раньше то же самое. Голограмма легла на ее лицо маской, меняя очертания, превращая их в жутковатую кашу. Невольно отвел взгляд, смотреть на это месиво без содрогания было тяжко.

Ириска заверила, что у меня будет такое же, активировала, получив разрешение. Неустанно заверяла, что данная новейшая технология, может, и не спасет меня от попадания на камеры, но точно не выдаст истинного лица.

И это с этим-то мне предлагали ходить по улицам Царената? С другой стороны, среди рабов вряд ли знают о герое Российской Империи Максиме Потапове, что вырвал руку бронемагу.