Ружемант 3 (СИ)

Манипулятор с нестандартным разъемом…

— Модель 3А, — вымолвила она, будто это должно было все объяснить. Кивнул, оставил механика в своих странных фантазиях. Ната смотрела с ожиданием, но я лишь покачал головой.

— От Лены не было новостей? — спросил у обеих.

— Говорит, что вернулась на ту базу, про которую ты говорил. Там сейчас пусто. Все сожжено, кажется, тамошний отдел решили прикрыть.

Вновь кивнул, прикрывать особо было нечего. Подземное логово, минимум освещения, раздевалка, гараж — даже не скажешь, на кого работали тамошние карсиры.

Нет новостей, тоже хорошо. Главное, чтобы не попалась.

— Возвращаемся. Пошли, у нас пять-семь минут. Ириска, чуешь что?

Заброшенные дома в блоке шавов, ничего необычного. Голографическая дева покачала головой: никаких следов преследования. Вспомнил, на что была способна девчонка, организующая мне обновление печати: умела становиться невидимой для любых сканеров. Скарлуччи может также? Или иначе, могут ли его сделать таким?

Даже думать не хотелось.

Фел спрыгнула со снайперского насеста, закинула винтовку за спину. Удручена, ждала другого результата.

За эти две недели добил себя до 96 уровня. Спрашивал, хватит ли сил набрать еще четыре? Опыт лился рекой за все: разговоры, соглашения, неприятные встречи, засады. Одно сообщение о повышенном уровне сменяло другое, обратившись в единый надоедливый поток.

Ириска желала, чтобы распределил очки, я откладывал, не было надобности, справлялся и так. Чувствовал, на сотом уровне дадут нечто особенное, крутое и жадное до лишних очков. Ната поддержала, сказала, что так и будет.

В убежище вернулись поздно. Перевалочным пунктом выбрали старый подвал разрушенного дома. Одна из ячеек Сопротивления выделила и еду, и патроны, предлагала оружие — взяли все.

Успели вовремя: карсирский патруль мчался на звук выстрелов. Найдут лишь трупы, решат, что была перестрелка. Будут ли проводить расследование? Не знал и не желал.

— Максим! — маленький вихрь выскочил на меня, повис на шее, прижался. Чем-то напоминала Инну. — Я скучала.

— Кьяра, что я тебе говорила? — строго спросила Влада, стаскивая грязную одежку через голову. Девочка смутилась.

— Что нельзя вот так сходу бросаться на людей, когда они только пришли?

— А еще что не стоит кричать, чтобы тебя слышали все, кто только можно. Мы же договаривались?

— Я больше не буду, — принцесса Царената смутилась, опустив голову. Влада была строга к малышке, но по-матерински и по-доброму.

Про то, что она в наших руках, молчали. У Кшиштофа, чувствовал, язык едва держался за зубами, многие из Сопротивления имели и свои планы, и свой зуб на девочку. Не желал делать ее снова разменной монетой.

Она изменилась за две недели.