Русское сокровище Наполеона

К счастью, он не начал пить: гордость не позволила, была в нем такая шляхетная гордыня, он знал. Устроиться на работу не пытался — все стало бессмысленным. Так ему не подняться, львиная часть зарплаты будет уходить за долги.

Но он не покончил жизнь самоубийством. Ночами лежал без сна и думал. И все громче в нем говорила родовая гордость Заславских. Нет, опускаться, мириться с судьбой нельзя. Отец, дед не простят — проклянут с того света. У него были славные предки. Он вспомнил рассказы деда о сгоревших в войну записках наполеоновского офицера, о зарытом в Смоленске кладе.

Терять было нечего. Он сделает это! Фатум, да. Но судьба оставляет ему шанс в виде далекого, зыбкого, возможно, не существующего наследства. И он, Якуб Заславский, который всегда и везде был первым: в школе, в университете, в жизни вообще, — он сумеет снова стать любимцем судьбы. И Алисия вернется к нему. И дети будут гордиться отцом. Все еще будет.

На стареньком ноутбуке Якуб нашел сведения о смоленских родственниках. Он даже удивился, почему мысль разыскать этих далеких Кущинских не пришла ему раньше. Раньше собственная жизнь была интереснее, не до того было.

Начав расследование, он выяснил, что знатное еще на рубеже XVIII–XIX веков семейство Кущинских на протяжении XIX столетия растеряло почти все. Род стал уменьшаться, хиреть уже в начале столетия. Подкосила Кущинских война 1812 года, да, та самая, прославившая Адама Заславского. Их двухэтажный дом в центре Смоленска, на Блонной улице, сгорел в августе 1812-го. Имение под Красным грабили неоднократно и французские солдаты, и мужики. Крепостные частью погибли во время боев, очень жестоких в этой местности, частью поумирали от голода и болезней. Многие из тех, что остались без крова, разбежались. Поля и луга были вытоптаны, леса и постройки сожжены. Пережидавшие страшные события в своем Тамбовском имении Кущинские решили не возвращаться в Смоленск, а выжженную землю продали за копейки.

Разорение продолжалось. В середине 1870-х Кущинские — уже небогатые мелкопоместные дворяне. Они продали остатки тамбовского поместья и переселились в Воронеж, служили там учителями, мелкими чиновниками. Семья была к тому времени малочисленной. Последнего из Кущинских, Антона-Амвросия, призванного в российскую армию в годы Первой мировой, судьба забросила в Смоленск совершенно случайно. Кто знает, может, он и не знал, что его предки на протяжении нескольких столетий жили в этом городе.

Но город ему понравился. В 1918 году он поступил здесь на службу в только-только созданную милицию, вступил в партию большевиков. В 1937-м его расстреляли. В Смоленске осталась его семья, даже две семьи. Якуб разыскал в Интернете все доступные сведения о живых потомках Антона-Амвросия.