Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

Каждое утро старший сын моей хозяйки Георгий запрягает лошадь в легкую бричку, и я после завтрака по утренней прохладе отправлялся в город. Потом, уже вечером, в условленном месте он так же пунктуально встречал меня и отвозил навстречу ужину и ночлегу.

День я проводил среди югороссов, смотрел на то, как они обучают местные войска, на их корабли, стоящие на якорях в проливе Босфор и ошвартованные у стенки в военном порту Терсан-Амир. Маленький, запечатанный в прозрачную пленку прямоугольник с моей фотографией, выданный мне по распоряжению канцлера Тамбовцева, открывает мне дорогу во все места, не являющиеся совсем уж секретными. А иногда, как с моим визитом на подводную лодку «Алроса», я попадаю в места и вовсе фантастические.

О, эта югоросская подводная лодка сильно уступает придуманному мною «Наутилусу», она меньше, теснее, не может легко пересекать океаны и бесконечно находиться под водой. Но у нее есть одно преимущество перед моим «Наутилусом» – он вымышленный, а эта подводная лодка настоящая.

Когда я спускался по колышущейся веревочной лестнице на ее узкую палубу с борта летательного винтокрылого аппарата, называемого югороссами «вертолетом», то чувствовал себя самым настоящим профессором Аронаксом. Это непередаваемое ощущение, когда твой вымысел вдруг превращается в реальность. Я не буду ничего рассказывать о самой лодке, честно говоря, я очень мало понял из тех объяснений, которые услышал на ее борту. Я понял лишь, что любой вражеский флот, приблизившийся к берегам Югороссии, должен знать, что вместе с грозными надводными кораблями, их встретит безжалостный подводный убийца.

Но сегодня день не совсем обычный. Утром в бричку вместе со мной и Георгием села моя домашняя хозяйка, мадам Анна, и трое ее младших детей. Вместе с нами в город бесчисленными человеческими ручьями вдруг потянулись почти все проживающие в окрестностях Константинополя православные: греки, болгары, сербы. Каждый из них был одет, наверное, в самые лучшие из имеющихся у него нарядов. Греков конечно же тут большинство, но и всех прочих тоже немало.

Мое недоумение рассеял усатый сержант народной милиции на городской заставе, странно именуемой здесь «блокпостом». На ломаном английском языке он поведал мне, что сегодня на купол храма Святой Софии будет снова водружен православный крест. И тут же посетовал, что в такой великий день, который все православные ждали с момента завоевания Константинополя турецким султаном Мехметом Вторым, именно ему выпало стоять на этом блокпосту. Да, не позавидуешь человеку – ждать этот день пятьсот лет и не увидеть это великое событие собственными глазами.

Ближе к центру Константинополя толпа стала такой густой, что наша бричка застряла в ней, как корабль среди льдов.